Безымянная - Страница 52

Что, если он вообще не собирался посещать собрание? Что, если это еще один из его запутанных планов? Сам о себе позаботился. Сделал так, что я стала мишенью Голландии, чтобы то же не случилось с ним. Может быть, он тоже заключил выгодную сделку и уже вернулся в Узкий пролив.

Я прикусила губу и сделала болезненный вдох. Вот мерзавец.

– У меня есть предложение, которое, как мне кажется, будет по душе обоим советам, – снова заговорила Голландия.

Оба главы Гильдии самоцветов сели на свои места, и все повернулись к моей бабушке.

Она щелкнула пальцами, приказывая мне встать. Я поднялась на ноги, на меня грузом упали взгляды сотен глаз.

Мои мысли бешено завертелись, и я посмотрела на чашки, стоящие на столах перед нами. Раз Сейнта здесь не было, то уничтожить Голландию можно только одним способом. Но если я поступлю, как нужно, то понесу наказание от Голландии не в одиночку. Вместе с Уэстом.

Я нашла его в толпе. Он стоял в дальнем углу, сверля меня взглядом. Он напряг плечи и слегка кивнул мне в ответ.

Не надо, Фейбл.

– Я бы хотела выдвинуть мою внучку на пост главы моей торговой компании в Серосе, – напела Голландия.

Тишина.

– Она родилась на торговом корабле в Узком проливе, где и прожила всю свою жизнь. Она ныряльщица, торговец и мастер драгоценных камней.

Я вздрогнула. Огромную комнату заполонил приглушенный гул голосов, а я пыталась стоять смирно. Все внимание Голландии было направлено на советников, среди которых почти каждый глава Торгового совета Узкого пролива что-то нашептывал своему соседу.

– Она будет управлять флотом из шести кораблей под моим гербом и расположит аванпост в Серосе под предводительством Торгового совета Узкого пролива и Гильдии самоцветов, – продолжила Голландия. – Нашим товаром будут только драгоценные камни и ничего больше.

Но каждый в зале понимал, что это означало. Она начнет с самоцветов. А с ростом казны будет расти и выбор товаров. Мелкие торговцы не выдержат конкуренции, а она вовремя займет их место. Всего лишь вопрос времени, когда она начнет контролировать Узкий пролив.

– Проголосуем? – встал глава Гильдии ржи из Безымянного моря, засунув руки в карманы, прошитые золотыми нитями.

Главы нерешительно кивнули, мои ладони сжались в кулаки в карманах куртки, сердце было готово выпрыгнуть из груди. Она выиграет. Она получит все.

Я сделала шаг вперед, прежде чем успела передумать, кожу покрыл холодок. Но как только мой рот раскрылся, двери в конце пирса распахнулись, отчего помещение залил яркий солнечный свет. Я быстро заморгала и, присмотревшись, заметила темную фигуру, проталкивающуюся сквозь толпу.

– Приношу свои извинения, – по залу разнесся низкий голос моего отца. Я облегченно выдохнула. – Опоздал.

Торговый совет Безымянного моря подозрительно взглянул на Сейнта, когда тот поднялся на платформу между столами.

Он даже не взглянул на меня, направляясь к своему месту. И, прежде чем сесть, откинул подол своего пальто.

– Итак, что я пропустил?

Никто не был шокирован и возмущен сильнее, чем Голландия. Казалось, что ее словно вырезали изо льда.

– Мы собираемся голосовать за предложение Голландии открыть новый торговый маршрут в Серос, – ответила глава Гильдии самоцветов из Узкого пролива. Появление Сейнта успокоило его.

– Ах. – Из кармана Сейнт достал трубку и потер ее большим пальцем, словно раздумывал, не зажечь ли ее. – Боюсь, этого не случится.

– Что, прости? – Маска безупречного спокойствия на лице Голландии треснула.

Сейнт наклонился вперед, чтобы встретиться с ней глазами через ряды стульев.

– Не долго тебе осталось носить на своем пальце перстень торговца. Так что только зря пергамент потратят на лицензию.

Голландия развернулась к Сейнту и уставилась на него кровавым взглядом.

– Да ты…

– Я бы хотел выдвинуть официальное обвинение. – Сейнт снова встал на ноги и взялся за лацкан куртки одной рукой.

От воротника рубашки и до его подбородка тянулась ярко-красная полоса. Кровь. Было заметно, что он попытался оттереть ее. Но рану я так и не заметила, что означало только одно: кровь не его.

– Против Голландии и ее лицензированной торговой компании по продаже драгоценных камней.

– И в чем закалючается обвинение? – проскрипела глава Гильдии самоцветов из Безымянного моря.

– Производство и торговля подделанными драгоценными камнями, – ответил Сейнт.

Всеобщий удивленный вздох высосал весь воздух из помещения. Глава Гильдии самоцветов из Безымянного моря вскочила на ноги.

– Сэр, надеюсь, вы понимаете всю серьезность вашего обвинения.

– Понимаю, – проговорил Сейнт с напускной серьезностью. – Голландия целенаправленно подкладывала ненастоящие драгоценные камни в грузовые партии, уплывающие в Узкий пролив. Отчего я бы хотел выступить с предложением о лишении ее перстня торговца, а также лицензии на торговлю с Безымянном море.

Рядом со мной Голландия тряслась в бешенстве, ей даже пришлось ухватиться за ограждение перед ней, чтобы не упасть.

– Как возмутительно! Это обвинение – ложь!

– Полагаю, у вас есть доказательства? – спросил мужчина, сидящий в конце стола, с опаской глядя на Сейнта.

Это плохо повлияет не только на торговлю, но и на Безымянное море.

– Они уже у вас. – Он лениво махнул рукой в сторону столов. – В ваших руках находятся те же подделки, которые она сбывала в Узкий пролив.

Мужчина опустил чашку, она с резким звоном ударилась о тарелку. Он посмотрел на нее так, словно она только что его укусила.

– Вы шутите.

– Ты спятил. В этих изделиях нет ни одной подделки! – прокричала Голландия с диким взглядом. Она сделала шаг вперед и споткнулась, но успела ухватиться за ручку кресла. – Проверьте сами!

Глава Гильдии самоцветов из Безымянного моря вылила чай из чашки на пол, подошла к ближайшей свече и поднесла к пламени чашку.

Она внимательно рассматривала ее, поворачивая чашку так, чтобы самоцветы наполнялись светом.

– Кто-нибудь, принесите мне самоцветную лампу! Сейчас же!

– А пока мы ждем… – Сейнт присел не край стола, размахивая ногой. – Я хочу выдвинуть еще одно обвинение.

– Еще одно, – прошипела Голландия.

Кивнув, Сейнт достал из куртки пергамент.

– Шесть дней назад «Луна» – флагман торгового флота Золы, расположенного в Серосе, – вошла в порт Бастиана. С тех пор корабль никто не видел. Как и его шкипера.

Голландия замерла.

– На следующий день его убили на торжественном вечере в «Доме Азимут».

Из помещения испарилась последняя капля тепла.

– Насколько мне известно, запланированное убийство торговца – это правонарушение, которое несет за собой лишение лицензии на торговлю.

Вот что он задумал. Подстраховался. На случай, если Роты не сдержат свое обещание и вставят настоящие самоцветы в чайные наборы. Но Сейнт сильно рисковал, выдвинув такое обвинение. В помещении не было ни одного торговца, кто не мог бы обвинить его в том же.

Окоченев, я нашла взглядом Уэста в толпе. Не может быть. Сейнт никогда не выполнял грязные дела сам. Даже не присутствовал при них.

Для них у него был Уэст.

– Я бы хотел, чтобы вы выслушали показание под присягой рулевого Золы, который стал свидетелем смерти своего шкипера на торжественном вечере.

В толпе показалась голова со светлыми волосами, и на платформу поднялся Клов. Моя челюсть отвисла. Они собирались уничтожить Голландию за тайный план, который сами же и провернули.

– Ну? – бросила глава Гильдии самоцветов из Безымянного моря.

– Это правда, – ответил Клов. – Я видел собственными глазами. Голландия приказала убить Золу в своем кабинете. Затем она разобрала и затопила «Луну» в бухте Бастиана.

– Он врет! – прокричала Голландия, запаниковав. Она прошуршала вниз к платформе, зажав в руках смятый подол платья. – Они все спланировали! Оба. – Ее голос срывался.