Без права на наследство - Страница 71

Сперва она попробовала открыть первую дверь справа на втором этаже, но тут капризная удача отвернулась от нее – замок заперт! Дверь напротив, по левую руку, оказалась умывальной – на столике стояли кувшин для воды, бритвенный прибор. Она продолжила осмотр по правой стороне: там маленький коридорчик вел к третьей двери. Швейцарка открыла ее и лицом к лицу столкнулась с великаншей!

– Тысяча извинений! – пробормотала миссис Леконт, выигрывая время.

– Благослови и спаси нас Господь! – изумленно и беспомощно уставилась на нее миссис Редж.

В одно мгновение миссис Леконт оценила свою жертву. Она отметила и заготовки для «восточного кашемирового платья», и выражение лица, и то, как хозяйка дома тщетно пыталась подцепить ногой свалившуюся туфлю, а также второй стул у рабочего стола и еще одну дверь…

– Простите мое вторжение, позвольте мне объясниться, – вкрадчиво начала она.

Мягкая интонация вызвала на лице великанши доверчивую улыбку, а в красивых коровьих глазах ее вспыхнула радость. Она с интересом выслушала беззастенчивую ложь незваной гостьи: якобы управляющая соседского дома, Коттеджа с видом на море, столько раз слышала от мистера Байгрейва о болезни бедной миссис Байгрейв и постоянно упрекала себя за то, что никак не найдет времени предложить свои услуги, зато теперь, когда хозяин уехал, а миссис Байгрейв, несомненно, слышала, что мистер Ноэль Ванстоун – добрый друг ее мужа, так вот теперь она должна уехать вслед за ним в город, расположенный вдали от Олдбо-ро, а потому она сочла своим долгом нанести визит с извинениями за свою непростительную медлительность, однако внизу никого не нашла, а потому осмелилась пройти дальше и поискать хозяев, как ни стыдно признаться в такой нескромности, но ведь добрейшая миссис Байгрейв простит ее, не так ли?

Миссис Леконт могла и не тратить столько красноречия. Как только миссис Редж распознала в незнакомке соседку, все ее внимание сосредоточилось на великолепных манерах гостьи и ее прекрасном костюме. «Какая благородная леди! – думала бедная миссис Редж. – И как она изысканно одета!»

– Я вижу, я оторвала вас от работы, – сказала тем временем миссис Леконт, искусно использовав «восточное кашемировое платье» для установления дружеского контакта. – Ваше занятие требует полного внимания и огромного усердия. Боже мой, вам приходится распарывать платье, которое уже почти готово! Ох, миссис Байгрейв, мне и самой доводилось решать подобную проблему. Некоторые платья так сложно скроены! Просто беда!

Миссис Редж была чрезвычайно обрадована таким мнением. Она рассмеялась и захлопала в ладони.

– Именно так! Вы удивительно точно сказали. Я знаю, что у меня ужасно широкая спина, но это ведь не главная причина. Почему я столько времени тружусь над этим платьем, и ничего не получается? Оно повисает на мне, как мешок. Взгляните, мэм, на эту юбку. Она вся какая-то неправильная. Она натягивается спереди и морщит сзади, и пятки открыты – вот уж это мне совсем не нужно!

– Могу я попросить вас об одолжении? – доверительно произнесла миссис Леконт. – Могу я попробовать, миссис Байгрейв, применить свой опыт? Полагаю, мэм, наша главная проблема – ваши бедра. Вы простите меня, если я скажу, что они не идеальны?

– Не говорите так! – жалобно простонала миссис Редж. – Будьте милосердны! Я знаю, что они очень большие, но я кроила эту часть по модели, как у Магдален.

Великаншу так увлекла тема платья, что она уже забыла обо всем на свете, и, глазом не моргнув, произнесла имя Магдален. Миссис Леконт сразу навострила уши и мысленно поздравила себя. Вслух она сказала:

– Вы говорите, что платье кроили по модели одного из платьев вашей племянницы?

– Да, именно так.

– В таком случае, была допущена какая-то серьезная ошибка при копировании ее платья, – строго заметила швейцарка. – Вы можете показать мне образец?

– Благослови вас Бог! – воскликнула миссис Редж. – Пройдемте сюда, мэм, захватите с собой платье, пожалуйста. Оно соскальзывает на пол, если оставить его на столе. Лучше положить его здесь, на кровати.

Она распахнула дверь и провела гостью в комнату Магдален. Миссис Леконт последовала за ней, украдкой взглянув на часы. Никогда еще время не летело для нее с такой скоростью. Минут через двадцать вернется с купания мистер Байгрейв!

А тем временем миссис Редж открыла шкаф и приветливо указала ей на платья Магдален.

– Вот тут ее платья, такие изящные, а рядом мои – все ужасно большие.

Миссис Леконт пустилась в рассуждения об искусстве кройки и шитья, чтобы озадачить обладательницу «восточного кашемирового платья», но та вдруг взмахнула рукой и прервала ее:

– Нет! Довольно! Вы так много говорите, что у меня в голове начинает гудеть. Будьте милосердны, вы что-то сказали про узор – я не слишком крупная, чтобы носить одежду с узорами? Я с детства стала так необычно расти, всегда была больше других. Мне бы стать раза в два поменьше, половина меня совсем лишняя.

– Дорогая моя, вы не правы! Вы слишком суровы к себе. У вас фигура Минервы! Такое величие в женском облике, величие и простота. Вам нужны классические одеяния. Мелкое плиссе – для Венеры, объемные костюмы – для Юноны, крупные складки – для Минервы. Давайте посмотрим на другие платья вашей племянницы и выберем подходящую для вас модель, – и швейцарка буквально нырнула в шкаф.

Миссис Редж помогала ей перебирать одежду, время от время встряхивая головой, заполненной отвратительным гудением. Шелковые платья, муслиновые платья, но коричневого шерстяного миссис Леконт найти никак не могла.

– Так много платьев, – вздохнула миссис Редж. – И для Венеры, и для той, Оны, но ничего годного для меня.

– Вы уверены, что других нарядов у вашей племянницы нет? – поинтересовалась швейцарка. – Может, в каком-нибудь укромном уголке, вон за той шалью?

Миссис Редж сняла шаль и пошире открыла дверь шкафа – и удача вновь улыбнулась миссис Леконт: в самом дальнем углу висело то самое коричневое платье!

Внезапность и легкость открытия на мгновение заставили ее окаменеть, но в следующую минуту она опасливо покосилась на великаншу. Следит ли та за ней? Нет, хозяйка не придавала ее реакции ни малейшего значения, целиком сосредоточившись на платье, словно оно ее серьезно озадачило.

– Вы кажетесь встревоженной, – заметила миссис Леконт. – Что-то не так?

– Я совершенно забыла про это платье, – прошептала великанша. – Закройте, закройте его скорее! – вдруг резко выкрикнула она, набрасывая шаль на коричневое одеяние и чуть не разрыдавшись. – Мне кажется, я снова оказалась в том коридоре на Воксхолл-Уок!

Воксхолл-Уок! Эти слова стали новым подарком для миссис Леконт. Она снова взглянула на часы: у нее в запасе было не более десяти минут! И фальшивая мисс Байгрейв могла вернуться в любой момент. Осторожность подсказывала: пора уходить, но любопытство удерживало швейцарку, она надеялась еще что-нибудь выудить из слабой головы собеседницы.

– У вас связаны какие-то неприятные воспоминания с Воксхолл-Уок? – спросила она самым нежным голоском. – Что-то связано с этим платьем вашей племянницы?

– В последний раз я видела ее в этом платье, когда возвращалась с покупками и встретила привидение, – миссис Редж опустилась на стул, задрожав всем телом.

– Привидение? – встрепенулась миссис Леконт, изумленно всплеснув руками. – Дорогая моя, простите! Разве они существуют? Где вы его видели? На Воксхолл-Уок? Расскажите! Вы первая леди, которая своими глазами видела привидение, умоляю, расскажите мне все!

Миссис Редж приободрилась, почувствовав, что эта элегантная соседка принимает ее всерьез, и пустилась в описание своего опыта столкновения с потусторонним. Швейцарка слушала с величайшим вниманием. Особенно ее заинтересовало, что на Магдален в тот момент оказалось то самое платье, которое теперь висит в гардеробе. Она задала несколько вопросов, чтобы уточнить детали, и осталась чрезвычайно довольна. Однако улетали последние минуты, мистер Байгрейв мог вернуться в любое мгновение. Миссис Леконт в третий раз взглянула на часы, уже не скрываясь от хозяйки. Надо было покидать Норт-Шинглз через одну-две минуты. Этого хватит, если не случится ничего неожиданного. Она нашла коричневое шерстяное платье, она услышала историю про Воксхолл-Уок, она даже знала теперь номер дома, в котором останавливалась в Лондоне эта наглая Магдален со своей глупой спутницей. Теперь она могла все разъяснить Ноэлю Ванстоуну. Она чувствовала себя победительницей.