Бешеный куш - Страница 51

— Как это ты можешь не знать?

— Так вот. Не знаю, и все.

— Подожди… — Гущин тронул Седова за руку. — Ну-ка, посмотри мне в глаза.

Седов посмотрел на него в упор. Понаблюдав за ним, Гущин отпустил его руку. Вздохнул:

— Юра, если честно, так, между нами, мужиками, — она тебе нравится? Да или нет?

— Хорошо, да, она мне нравится.

— Закрываю этот вопрос. Задаю второй: тебе нравится, как она работает у тебя в агентстве?

— В общем, да.

— Что тебя тогда смущает?

— Только одно — Феро.

— А что Феро?

— Как что? Он послал ее, чтобы шпионить за мной.

— Тебе кто-то сообщил об этом?

— Виктор Александрович, полгода она живет с Феро практически на правах жены, потом вдруг, именно в момент, когда я открываю агентство, уходит от него — и поступает на работу ко мне. Что я должен думать?

— Не нужно ничего думать. Нужно просто представить себе, кто такой Феро и кто такая Полина. Феро — один из богатейших людей мира, плейбой, меняющий фавориток одну за другой. Для него Полина — проходной вариант. Полина же, при всей ее привлекательности, — обычная девочка, приехавшая в Москву из провинции, из какой-то глухомани, так, кажется?

— Из города Брусенец Вологодской области.

— Брусенец… Ты представляешь, что это такое — Брусенец?

— Примерно.

— Неужели ты думаешь, что такой тертый калач, как Феро, всерьез рассчитывал, что Полина, девчонка из Брусенца, сможет грамотно шпионить за тобой? И когда-нибудь сообщит ему о тебе что-то дельное?

— Ему и не нужно, чтобы она сообщала ему что-то дельное. Он просто приставил ее ко мне, на всякий случай. Как лишний глаз.

— И что тебе с этого? С того, что он приставил ее к тебе на всякий случай, как лишний глаз? Тебе это может хоть в чем-то помешать?

— Виктор Александрович…

— Да или нет?

— Ну нет, нет. Но может заставить действовать с предельной осторожностью.

— Юра, ну ты даешь… Как я понимаю, если бы Полины не было, ты бы не действовал с предельной осторожностью?

— Виктор Александрович…

— Юра, не нужно. Не старайся перемудрить жизнь.

— Я не стараюсь перемудрить жизнь. Но я в самом деле не знаю, что мне делать с Полиной.

— Он не знает, что с ней делать… Говоришь, она тебе нравится?

— Да.

— Так объяснись с ней.

— То есть как объясниться?

— Очень просто. Как обычно объясняется мужчина с женщиной.

— Вы серьезно?

— Юра, будет смешно, если я сейчас вдруг начну тебе объяснять, как мужчина должен вести себя с девушками. Опомнись.

— Ладно, Виктор Александрович, забудем. — Седов улыбнулся. — Будем считать, я знаю, что делать.

— Слава Богу. Тогда прощаемся. Ты ведь понимаешь, на завтра мне нужно многое подготовить.

Когда на следующее утро Седов остановил «Москвич» у дома Полины, она уже стояла около подъезда. На ней были осенняя куртка, свитер, джинсы и кроссовки. Подойдя и поздоровавшись, спросил:

— Вы давно здесь?

— Только вышла.

— Халида не было?

— Нет. Алексей Иванович, ведь еще нет восьми.

Осмотревшись, не заметил ничего подозрительного. По проспекту в обе стороны мчался поток автомобилей, здесь, у узкого тротуара, где стоянка была запрещена, кроме его «Москвича», не было ни одной машины. Лишь изредка по тротуару проходили пешеходы, в основном женщины, идущие за покупками.

— Если Халид подъедет, вы прежде всего представите ему меня. Затем я предложу ему проехаться со мной на моей машине, чтобы обсудить, чем мы можем ему помочь. Если он согласится, я скажу вам, чтобы вы ждали меня там, где мы договорились, и вы ответите, что да, будете ждать.

— А где я должна буду вас ждать?

— Мы ведь договорились, что сегодня я поучу вас стрелять, помните?

— Помню.

— Готовы ехать в Измайловский лес?

— Конечно, Алексей Иванович.

— Разговор и устройство всех дел с Халидом займет у меня примерно часа три-четыре, но будем считать, я освобожусь часа в два, не раньше. Начиная с часа будьте дома, я вам позвоню. И пусть ваш «байярд» будет готов.

— Все, Алексей Иванович. Начиная с часу дня буду ждать вашего звонка. — Увидев подъезжающее к тротуару такси, сказала: — Кажется, он.

Халид Сайед вышел из такси, затормозившего точно у подъезда. Подойдя к Полине, сказал не очень уверенно:

— Здравствуйте… Полина.

Перевел взгляд на Седова, явно изучая его.

— Здравствуйте, Халид. — Полина движением головы убрала упавшие на лоб волосы. — Познакомьтесь, это мой начальник, владелец охранного агентства «Московское секьюрити» Алексей Иванович Федоров.

— Халид Сайед. — Халид пожал Седову руку. Посмотрел на Полину: — Вы разговаривали с… вашим начальником?

— Да, я переговорила с ним. Он сказал, что постарается вам помочь.

— Халид, для того, чтобы помощь была эффективной, вы должны мне кое-что разъяснить, — сказал Седов.

Халид повернулся. В его взгляде странным образом смешивались надежда и недоверие.

— Конечно, я должен разъяснить вам ситуацию.

— Полина объяснила, вы опасаетесь покушения на вашу жизнь.

— Да.

— Может, сядем в мою машину? Проедемся немного по Москве, чтобы понять, нет ли за вами слежки?

Помедлив, Халид оглянулся — так, будто выискивал кого-то среди прохожих.

— Хорошо.

— Заодно поговорим о вашем деле.

Сев за руль и дождавшись, пока Халид сядет рядом и захлопнет дверь, Седов сказал:

— Полина, значит, все остается в силе. Я вам звоню в час, будьте на месте, хорошо?

— Конечно, Алексей Иванович. Буду ждать звонка. Всего доброго, Халид.

— Всего доброго.

Дал газ. Проехав немного, сказал:

— В большом городе опасность определяется очень просто. Сейчас мы сворачиваем в переулок и останавливаемся. — Свернул в ближайший переулок, прижал «Москвич» к тротуару. Посмотрел на Халида: — Если в течение трех минут ни одна машина сюда не свернет, значит, слежки за нами нет. Мы чисты. Посидим?

— Посидим.

Ровно через три минуты тронул машину с места.

— Все в порядке, можем ехать. Нам с вами никто и ничто не угрожает.

— Если бы… — Халид обернулся. — Сейчас мне постоянно что-то угрожает.

— Не волнуйтесь, пока мы в безопасности. Я хотел бы, чтобы вы ответили на некоторые мои вопросы. — Свернув на Садовое кольцо, поехал в направлении Белорусского вокзала. — Отвечайте спокойно, не торопясь. Если по каким-то причинам мой вопрос ставит вас в затруднительное положение — не отвечайте. И называйте меня просто Алексей. Хорошо?

— Хорошо.

— Прежде всего, где вы работаете?

— В посольстве Объединенных Арабских Эмиратов.

— Значит, вы дипломат? И как дипломат обладаете дипломатической неприкосновенностью в стране пребывания?

— Да.

— Полина сказала, вас хотят убить. Это так?

— Да.

— Почему вы так думаете?

— Примерно месяц назад, когда я вышел из посольства и направился в гараж, чтобы сесть в свою машину и поехать домой, по мне из гаража открыли стрельбу из автоматического оружия. Мне удалось увернуться от пуль, я вбежал в посольство и крикнул начальнику охраны, что какой-то автоматчик обстрелял меня из гаража. Начальник охраны изобразил страшную озабоченность, начал кричать, звонить в гараж по телефону, звать охрану. Однако по его поведению я понял, что он делает все, чтобы дать возможность уйти тем, кто засел в гараже и стрелял в меня. Это означало, что меня хотят убрать свои же.

— Кто именно из своих?

По виду Халида было ясно: он колеблется.

— Халид, если не хотите отвечать — не отвечайте.

— Нет, я отвечу. Терять мне уже нечего. Меня хочет убить самый опасный человек в моей стране, начальник Департамента безопасности генерал Гамаль Латиф. Слышали когда-нибудь о нем?

— Нет. Но отлично представляю, что такое начальник Департамента безопасности.

— Боюсь, вы недостаточно хорошо это представляете. Если генерал Латиф решил кого-то убить — он добьется этого обязательно.