Белая Роза - Страница 30

ри. - Слезай! Слезай немедленно, ты меня слышишь?!

Боманц вздохнул. Пять минут нельзя побыть в одиночестве. Зачем он только женился? Зачем это вообще делают? Остаток жизни после этого проводишь на каторге, делаешь не то, что хочешь ты, а то, чего хотят другие.

- Боманц!

- Иду, черт тебя дери! - И вполголоса: - Проклятая дура высморкаться не может без того, чтоб я ей платок подержал.

Боманц вообще часто говорил вполголоса. Чувства нужно было выпускать, а мир - поддерживать. Он шел на компромисс. Всегда на компромисс.

Он протопал по лестнице, каждым шагом выражая раздражение. "Когда тебя все бесит," посмеялся он над собой, - понимаешь, что ты стар".

- Чего тебе? Где ты есть?

- В лавке. - В голосе Жасмин звучали странные ноты. Кажется, подавленное возбуждение. В лавку Боманц ступил очень осторожно.

- Сюрприз!

Мир ожил. Ворчливость сгинула.

- Шаб!

Боманц кинулся к Шаблону, могучие руки сына сдавили его.

- Уже здесь? Мы ожидали тебя только на следующей неделе.

- Я рано уехал. А ты толстеешь, пап. - Шаблон включил и Жасмин в тройное объятие.

- Все стряпня твоей мамы. Времена хорошие, едим регулярно. Токар был... Мелькнула блеклая уродливая тень. - А как ты? Отойди-ка, дай на тебя глянуть. Когда уезжал, ты был еще мальчишкой.

И Жасмин:

- Ну разве он не красавец? Такой высокий и здоровый! А одежка-то какая! Насмешливая забота: - Ни в какие темные дела, часом, не впутался?

- Мама! Ну куда может впутаться младший преподаватель? - Шаблон встретился взглядом с отцом и улыбнулся, как бы говоря: "А мама все та же".

Двадцатипятилетний Шаблон был на четыре дюйма выше отца и, несмотря на свою профессию, сложен хорошо - скорее авантюрист, чем будущий профессор, как показалось Боманцу. Конечно, времена меняются. С его университетских дней прошли эпохи. Быть может, стандарты изменились.

Боманц вспомнил смех, и шутки, и ужасно серьезные полночные диспуты о значении всего на свете, и бес тоски укусил его. Что сталось с тем хитроумным, лукавым юнцом? Какой-то незримый стражник рассудка заключил его в кургане на задворках мозга, и там он лежит в мертвом сне, пока его место занимает лысый, мрачный, толстобрюхий гном... Они крадут нашу юность и не оставляют нам иной, кроме юности наших детей...

- Ну, пойдем. Расскажешь нам о своих исследованиях. - "Кончай лить слезы над собой, Боманц, старый ты дурак". - Четыре года, а в письмах одни прачечные да споры в "Дельфине на берегу". Еще бы не на берегу - в Весле-то. Хотел бы я перед смертью увидеть море. Никогда не видал. - "Старый дурак. И это все, на что ты способен - мечтать вслух? Интересно, будут ли они смеяться, если сказать им, что в глубине души ты еще молод?" - У него бред, - пояснила Жасмин.

- Это кто тут, по-твоему, впал в маразм? - возмутился Боманц.

- Папа, мама - дайте мне передохнуть. Я только что приехал.

Боманц глубоко вдохнул.

- Он прав. Мир. Тишина. Перерыв. Шаб, ты судья. Знаешь, боевых коней вроде нас нелегко отучить.Оригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com