Бабье царство - Страница 7

, как он, голый, в своей крови вертится. Да это ж хуже, чем сто раз убить человека!

- Вон как заговорила, комиссарша! - с насмешкой и горечью произнес Большов.

- Какие же мы комиссары? Мы всю жизнь с косой и плугом дружили, с зари до зари робили, смертельно уставали...

- Бреши больше, комиссарша!

- Если ты насчет мужа моего намекаешь, что он партейный, так с него и спрашивай.

- Придет время - спросим... А меня и мою семью вы помиловали? распаляясь гневом, загремел староста- Когда наше хозяйство, трудом и потом нажитое, отобрали, а нас по этапу погнали, хоть один из вас заступился? Хоть один из вас детей моих пожалел?.. Я тогда себе зарок положил: все перенесть и не сдохнуть, и с вас, сволочей, ответ взять!.. Меня в тюрьмах и лагерях гноили, по ссылкам мытарили, детей от меня отторгли, жену в могилу свели, а я все сдюжил, все стерпел и вернулся, и теперь я над вами как господний карающий меч!

Большов громко икнул.

- Да, пан, ты - власть. Помилуй сына, век буду Бога за тебя молить! Надежда Петровна опускается на колени, низко кланяется. - Вот весь мой нажиток, ничего не утаила - Она достала из-за пазухи и развязала узелочек: в нем серьги, обручальное кольцо, брошки, мониста, нательный серебряный крест, оклад с иконы, две старинные золотые монеты и золотая зубная коронка. - Прими в благодарность.

Большов небрежно берет узелок и швыряет в ящик комода.

- Ладно! За филон его сечь не будут.

- Спасибо, пан!.. - По лицу Надежды Петровны покатились слезы. Она взяла милостиво протянутую руку старосты и поцеловала.

- А что тиятры показывал, за это его высекут... И брысь отсюда, комиссарша!.. - с ненавистью гаркнул Большов.

Над деревней неумолчно разносятся тяжкие вздохи подвешенного к ветви дуба чугунного рельса, по которому помощник старосты колотит железной полосой.

Немецкие солдаты выгоняют из домов людей. Неохотно, медленно бредут люди к деревенской площади. Солдаты подталкивают их в спины прикладами автоматов.,

Уныло стонет рельс. Растет толпа на площади. Над толпой маячит на коне Каспа. Усы его обвисли, в белых глазах смертная тоска. В переднем ряду, ближе к лобному месту, - Надежда Петровна, рядом - преданная Анна Сергеевна, чуть поодаль - Дуняша, Комариха..

- В Сужде молодых ребят да девок бензином облили и живьем сожгли... бормочет Комариха.

Из темной деревенской тюрьмы двое понятых приводят Кольку. Он мертвенно бледен, рыжеватые волосы торчат перьями - несчастный, затравленный, полумертвый от страха звереныш.

Ухает, стонет било...

Что-то крикнул с коня Каспа, к нему посунулся худощавый, подслепой толмач. Понятые сорвали с Кольки одежду. Он сжался, прикрыл ладонями низ живота Толпа дружно потупилась. Каспа снова что-то проорал. Толмач перевел его слова старосте. Большов поднял руку, замолкло било.

- Слышь! - гаркнул староста. - Не отворачиваться!.. Голов не опускать!.. Глаз не отводить!.. Плетей захотели?..

Понятые повалили Кольку на траву. Один сел ему на плечи, другой -Оригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com