Атланты (СИ) - Страница 79

Попросту говоря, отложение этих частиц прекратилось.

Попытались разобраться, в чем дело.

Оказалось, что рост генопропорционального молекулярного состава тел очень  сильно  влияет на выделение активной единицы вещества. На определенном этапе в составе каждого тела возникала  регламентационная  эмиссия в виде дополняющей  это  вещество  твердообразующей основы. Именно она и не давала дальнейшего роста мозгового вещества.

Таким образом, организм любого молекулярного тела защищал сам себя от псевдоуфоризма, тоесть, развивал только тело до определенного уровня.

Становилась понятной роль каждого участвующего в этом функционера питания.

Каждый орган работал только на определение роста идущей от него ткани и прилагаемого сопутствующего запаса.

По завершению этого процесса накопления во внутреннюю среду выделялся отделившийся из общего состава молекулы крови сегментативный элемент, который, ускоряя процесс новообразований, довершал начатое путем создания твердоосновной  оболочки  вокруг основного   мозгового соединения.

Таким образом,  в организмах всех типов животных, за исключением  пернатокрылых и членистоногообразных, существовал процесс, так называемого, внутриэмансионного отсева, который определял рост молекулярного тела, вес и способ размножения, а заодно исключал проникновение в свою внутреннюю среду инородных величин риска.

Создалась тенденция внешней неокупаемости среды, где каждый вид самоотделялся и самоустранялся из общего генетического посева.

На этом заканчивался общий эпициклический вид развития, и в дальнейшем каждый их них развивался самостоятельно, приходя к только своему способу саморазмножения и субактивации в среде.

Таким образом, в связи с созданием периферийных центрально-нервно-обогатительных систем и им сопутствующих других,  а также  выдачей в основной головной мозг суррогата окружающей среды, рост или развитие  молекулярных тел животного типа  воспроизводства непосредственно прекращался и  больше не видоизменялся.

Это был   последний  виток  в их дикорастущем развитии.

Конечно, в дальнейшем каждый из них самосовершенствовался за счет некоторого прибавления единиц  темносерокоричневого вещества, но не более того.

Природа сформулировала для них всех единый тезис развития:

обогащение кислородного изотопа за счет непосредственной  модуляции внутренней среды.

Получалось, что дальнейшее их осеменение просто бессмысленно. Потому, ученые оставили весь животный мир и вплотную занялись развитием существа умственного порядка.

А на пороге был уже 500-ый год общего развития среды. И это как раз подталкивало всю однородную массу ученых для достижения конечного результата их первоактивной деятельности в среде общей оккупации.

Спустя шесть с половиной лет, в 507-ом году, была произведена первая  реоперация по воспроизведению в свет основного типа молекулярного существа с развивающейся самостоятельно памятью процесса.

Она представляла собой некоторое видоизменение формы отягощения  молекулы  крови изотопом кислорода и обогащение  цитоплазменного  ее состава за счет недополучения основного продукта питания белкового типа углевода.

Начинался процесс  внутридинамического типа развития, так называемого, белкового синтеза, где молекула крови не делилась при общем ее прохождении по составным путям, а водоэнеproсберегала свою основную форму состояния и при этом выделяла дополнительную энергомассу  в состав  коры основного головного мозга.

Таким образом, ученые добились видоопустошения молекулярной единицы  роста и  развития основного геноциклоидного типа  серого вещества, которое представляло настоящую реабилитационную память существа.

Но наряду с этим существенно возникал вопрос о развитии основной структуры  выделенного ранее самим организмом белого вещества, осуществляющего общую функцию поддержки работоспособности  всего органического соединения.

И здесь ученые прибегли к  реоперированию, более конкретно распределяя  роль общей молекулы крови  в составе ее проходного цикла.

Таким образом, получалось, что кровь,  а точнее ее основная единица - молекула, регулировала новообразование клеток серо-белого вещества и способствовала дальнейшему геноидально-проходному зацикливанию общего процесса детовоспроизведения  на свет подобного типа существ.

Но это только был первый шаг в осуществлении того, что мы видим уже сейчас.

После этого, поэтапно:  сначала в 517-ом году,   а затем в 519–ом    были  произведены последовательно две операции по глубокому внутреннему  возникновению зачатия  будущего потомства  и по более  выносливому  состоянию геновоспроизводителя.

Здесь, необходимо понять главное.  Наряду с этими функциональными  реопeрациями,  природа накладывала свой отпечаток,  ибо существа развивались  в одной среде, общей для всех видов.

Потому, приживаясь, этот вид вносил качественные изменения в свою внутреннюю структуру отложения генороста.

Тоесть,  произведенная  им операция заранее вкладывалась в гармоническую картину  доусовер- шенствования  самой  природой.

В итоге получалось,  что произведенные искусственно видоизменения в последующем детовоспроизводимом поколении  выражались чисто природным способом.

Тоесть, прямо отлагались в общем  геноидальном цикле  развития.

Конечно,  это было достигнуто с  помощью дополнительного радиообгрунтования  существ, дабы внести общее раскодирование  и заполнить еще одну конъюнктуру псевдоизменений.

Доусовершенствовав процесс  развития будущего потомства, ученые перенесли свое внимание на развитие геноактивного сосредоточения, тоесть, значительно увеличили общий численный  состав и создали  среду для первично-корыстного обогащения  существ.

Захороненные останки тел,  участвуя  в общем процессе обмена, выносили наружу, тоесть, в окружающую среду, биологически активную сферу потребления  воздушного обогащения  организмов развивающихся  существ.

Таким образом, начался процесс  самоотлагаемых  в общем пространстве  единиц  генопотенциального роста.

Существа  создавали  свое древо развития, в отличие от всех предыдущих типов  животного мира.

На это ушло довольно много времени, и весь состав ученых значительно  омолодел,  но это не путало их, а, наоборот, успокаивало,  ибо они шли по стопам прежнего поколения и пользовались их достижениями  знаний, которые, конечно же, сохранялись, как стадия развития оккупационного роста существ.

Спустя сто лет, тоесть уже в 620-ом году, рост молекулярно отлагаемых тел существенно уменьшился.

Существа, приобщенные к среде, несколько удлинили свой жизненный срок пребывания, а значит,  реже погибали и увеличивали численность.

На тот момент их промежуток активной жизни составлял всего 12 лет, хотя по сравнению с другими видами, это уже был своеобразный успех.

После пятнадцатилетнего дополнительного срока к самораспространению в среде, все существа были снова собраны в единое место и  тщательно проанализированы.

Оказалось, что за довольно большой отрезок времени их внутренние органы, в том числе, и мозговой состав, мало изменились. Лишь самая маленькая часть обрела хоть какую-то дополнительную единицу. Что-то здесь было не так.

И ученые решили произвести эксперимент, запустив на время в их обитаемую среду некоторые виды более крупных животных.

Спустя шесть лет этого совместного проживания и, естественно, постоянного  наблюдения, дополнительные анализы показали, что видосущественные  изменения происходят лишь в том случае,  когда их внутренняя среда обогащается тканью других животных.

Так возникла резкая потребность подопытных в более содержательной пище.

Следует заметить, что до этого периода, если не считать их перворазведение,  они  питались строго траводеревянистой растительностью, за редким исключением употребления маленьких насекомых и попадающихся гадоподобных существ.