Астраханский край в годы революции и гражданской войны (1917–1919) - Страница 28

В ходе совещания поступила информация, что, оказывается, в городе работает подпольная организация пехотных офицеров. Подпольщики собирались провести свою конференцию через пару дней в Покровском монастыре. В это тайное сообщество было записано порядка двухсот человек[408]. Впрочем, скорее всего, в списки попали все, кого только смогли вспомнить их составители. После завершения боев красные следователи смогли установить причастность к выступлению только трех пехотных офицеров из двухсот поименованных в списке.

Офицеры с энтузиазмом присоединились к организации мятежа.

Для распознания своих нижним чинам и командирам были розданы белые повязки.

Выступление началось через несколько часов и сразу оказалось несогласованным, хотя все казачьи и офицерские отряды выступали из одной и той же точки – Белых казарм[409]. 12 января в 3.30 утра (учитывая зимнее время, на дворе стояла глухая ночь) казармы покинула 2-я сотня 3-го казачьего полка. Через десять минут она атаковала 4-ю роту гарнизона, занимавшую дом Усейнова.

Наступление 2-й сотни успеха не имело. Дом Усейнова, где стояли красные солдаты, представлял из себя небольшую крепость. Сегодня он более известен как Персидское подворье. Его корпус образовывает замкнутый внутренний двор, просто предназначенный для обороны против легковооруженного противника. Красноармейцы активно применили гранаты. Казаки понесли потери и закрепились в соседних зданиях.

По дороге небольшой отряд, отделившийся от 2-й сотни, занял здание почты, устроив там на всякий случай засаду и выгнав местных сторожей. Последующие две недели почта неоднократно переходила из рук в руки. После окончания боевых действий была выявлена картина полного разорения. Книги и документы были порваны в клочья, абажуры и лампочки разбиты, а провода срезаны. Деньги, почтовые марки и зеленое сукно со столов просто исчезли[410].

Пока 2-я сотня вела перестрелку у Персидского подворья, в Белых казармах формировали новую боевую группу. В ее состав вошли прибывшие из сел добровольцы, и построение новичков затянулось. Впрочем, эта группа как раз добилась успеха. Примерно в 5 утра она добралась окольными дорогами до парка Аркадия, где разоружила спящую 14-ю роту гарнизона, захватив при этом два пулемета.

Еще один отряд выдвигался к Волге вдоль Кутума. В здании горводопровода располагалась рота порядка 156-го полка, которой командовал Рубан. Повстанцы подошли к зданию, вызвали Рубана на улицу и прямо у входа изрубили его шашками[411]. После этого они разоружили солдат роты. Дальше казаки спустились вниз вдоль русла Кутума, имея целью занять квартал Коса и окружить крепость с юга.

Неожиданно для казаков у Коммерческого моста им преградили путь солдаты мусульманской роты под командованием Хаджаева. Эта рота дала белоказакам решительный отпор. Основные силы роты были размещены в бывшей Догадинской гостинице. «В окне гостиницы стоял пулемет, – вспоминал позднее боец Фатхулин, – пулеметчик – крестьянский парень из села Яксатово, по имени Мавлют, подпустив поближе белоказаков, спустившихся с Коммерческого моста, расстрелял их в упор. Атака белоказаков захлебнулась. Выскочившие из казармы мусульманские солдаты добили отступавших белоказаков»[412].

Мавлют погиб в этом бою. Вместо него за пулемет взялся ефрейтор Хамзин, который смело вышел прямо на середину улицы и занял там позицию. Попытка мятежников отрезать Крепость от Волги была сорвана.

Сама Крепость также не была взята. Мятежников подвела склонность к эффектному жесту. Вместо того чтобы скрытно подойти к Кремлю и обезоружить немногочисленную охрану Пречистенских ворот, они начали артобстрел, разбудив гарнизон.

«Тишина, часовые на местах, – описывал Липатов. – Через две минуты раздается над Советом треск. Первый разрыв шрапнельного снаряда, другой и третий. Отдал распоряжения помощнику, бегу в крепость. Снаряды рвутся у колокольни, ударяясь в нее. Крепость на ногах. Тов. Аристов сам несет пулемет, другие несут бомбомет… Дело прошлое, но скажу своим бывшим врагам, если таковые и сейчас есть здесь в живых, свое рабочее спасибо. Вы подумаете – за что? А за то, что они нас утром 12-го января орудийным выстрелом поставили на ноги. Не сделай они этого, а пойди тихо без выстрела на крепость, и они ее заняли бы без трудов»[413].

Аристов распорядился немедленно выставить пулемет в воротах, поднял по тревоге 1-ю литерную и 7-ю роты и отправил связных. На двести бойцов имелось только 70 винтовок.

«Очутившись в крепости, мы узнали, что защитников в ней не так много, – вспоминал боец-мусульманин М. Х. Айдаров, – кое-где по стенам у бойниц стояли вооруженные люди, в большинстве своем солдаты. Единственный пулемет был установлен в глубине ворот и направлен вдоль улицы»[414]. Неподалеку от Житной башни Кремля были установлены деревянная и веревочная лестницы, через которые подходили добровольцы.

К рассвету повстанцы заняли линию Войсковое правление – Армянский мост – Ямгурчеев мост. На этих и других мостах, расположенных в направлении Больших Исадов, были выставлены патрули. Дом Усейнова также удалось занять, так как 4-я рота, чтобы не быть блокированной, частью сил ушла по ул. Знаменской в крепость, а частью отошла к зданию Управления калмыцким народом и Облупинской площади[415]. Потери казаков и офицеров были значительными – 54 человека убитыми и 117 ранеными. Начальство объяснило это тем, что красные поставили за пулеметы немцев и венгров. «Наши атаки всегда отбивались красными, благодаря тому что у них было много пулемётов с отличными хладнокровными пулемётчиками немцами», – записывал Бальзанов[416].

Зато мятежники располагали артиллерией.

Одну пушку они установили у Армянского собора на Московской ул., другую – на Воздвиженском мосту и две – на вокзале[417]. Так как казаки – 160 человек персонала казачьей батареи – отказались стрелять по городу, расчеты были укомплектованы офицерами. Огонь велся по Кремлю, при этом пострадали Пречистенская колокольня, Архиерейский дом и Успенский собор. Оказавшийся в плену солдат 14-й роты Мальцев насчитал за три часа 113 орудийных выстрелов[418].

Положение Советов оказалось крайне неблагоприятным. Они имели всего два пулемета и шесть бомб для миномета, четыре роты (1-ю литерную, 4-ю, 7-ю и мусульманские) и триста человек в Красной гвардии. Причем из числа красногвардейцев в крепости оказалось только сто бойцов[419]. Остальные ночевали дома и были отсечены от Кремля противником. Продуктов в крепости не было.

Многие советские лидеры, включая Перфильева, оказались арестованы. Многие, включая Трусова и Липатова, находились за пределами губернии.

С рассветом белые предприняли попытку штурма крепости. Прямой наводкой по воротам был открыт огонь из орудия. Разрывом снаряда сбило пулемет, убило помощника пулеметчика моряка Зайцева, а самого пулеметчика отбросило в сторону. Перебежками от здания к зданию мятежники атаковали Пречистенские ворота, охрана которых разбежалась. Ситуацию спас один человек, тот самый уцелевший пулеметчик, Дмитрий Чулков. Он снова установил свой пулемет, подавил цепь противника и метким огнем заставил убрать стоявшее на другой стороне Московской улицы орудие. В производстве работ по устройству импровизированной баррикады и установке пулемета горячее участие и самоотверженность проявил 14-летний мальчик. Он погиб в бою.