Арсенал-Коллекция 2015 №10 (40) - Страница 5
Вооружение и снаряжение для БКА пообещали дать немецкие власти. Первоначально планировалось выделить по 100 итальянских винтовок на каждый батальон. То есть, одна винтовка — на 5-6 человек. К тому же, эти винтовки были такого плохого качества, что руководство БКА сначала приняло их за учебные. Однако, видя, что фактически безоружные батальоны БКА не могут противостоять партизанам, в конце апреля 1944 года немцы довооружили их. При этом новое вооружение было самых разных систем. Например, наряду с немецкими, имелись французские, голландские, советские, польские и другие винтовки. А тяжелые пулеметы — польские. Тем не менее, до самого наступления Красной Армии (июнь 1944 г.) БКА так целиком и не вооружили.
Что же касается снаряжения и амуниции, то ситуация с ними сложилась и вовсе катастрофическая. Большая часть личного состава БКА не имела саперных лопаток, топоров, кирок, пил и т.п. инженерно-технических принадлежностей. У офицеров не было таких необходимых в бою предметов амуниции, как карты, компасы, свистки, полевые сумки, а рядовые носили свои вещи в самодельных мешках вместо положенных по уставу ранцев.
За организацией батальонов БКА последовала подготовка их личного состава. Согласно плану она должна была состоять из боевой, тактико-полевой, стрелковой и физической. Однако и здесь не обошлось без трудностей. Почти полностью отсутствовала материально-техническая и, что наиболее важно, теоретическая часть для всех видов подготовки. Солдатам БКА приходилось учиться по уставам и учебникам, которые были не самого лучшего качества. Главным образом, они представляли собой сокращенные варианты немецких и советских уставов, как, например, «Строевой устав» и «Устав для полицейской караульной службы». Иногда же это был вообще вольный пересказ некоторых учебников (например, «учебник» по топографии в обработке капитана Виталия Микулы). В целом, как вспоминал Степан Шнек, «самыми надежными учебниками стали знания и опыт офицеров и унтер-офицеров».
Боевая подготовка в подразделениях начиналась на второй или третий день после мобилизации. Прежде всего, солдаты должны были овладеть оружием. Тактико-полевая подготовка начиналась во всех батальонах на шестой день после призыва — 16 марта 1944 года. Согласно учебному плану и программе, через две-три недели все части БКА должны были стать пригодными для боевого применения. Многие офицеры БКА не имели еще достаточного опыта ведения войны в современных условиях, у некоторых он был вообще устаревшим, и они больше ничему не учились со времен Первой мировой войны. Однако имелись и такие, которые подошли к процессу подготовки с необоснованным в таких условиях формализмом. Они много времени уделяли шагистике и изучению оружия, тогда, как стрелковая и тактико-полевая подготовка оставались почти без внимания. Их солдаты почти не выходили за пределы казарм или плаца, не изучали ведение боя в лесу, населенных пунктах, ночью, в тумане, в общем, в тех условиях, в которых батальоны БКА и должны были, в принципе, применяться.
В начале июня 1944 года немцы решили проверить общую боеготовность подразделений БКА. В данном случае их выбор пал на Вилейский округ. В ходе этих маневров, БКА совместно с полицией и частями польской АК отрабатывала захват вражеских позиций. После маневров состоялось их обсуждение. В целом, все остались довольны выучкой личного состава белорусов. Однако окружной начальник БКА майор Якуцевич сказал, что, хоть и есть некоторые положительные показатели, для ведения современной войны нужно, тем не менее, современное оружие, главным образом авиация и танковые войска. В целом, Вилейский округ остался единственным, где были проведены показательные маневры БКА. В других этого не смогли сделать из-за недостатка времени или по иным причинам.
Радослав Островский обходит строй солдат БКА. 1944 г.
25 марта 1944 года, в день очередной годовщины провозглашения независимости Белоруссии, все подразделения БКА во всех округах приняли присягу на верность народу и родине. Это событие, в принципе, означало окончание периода организации и подготовки ее основного состава. О том, как использовать формирования БКА, у СС- группенфюрера Курта фон Готтберга имелось две точки зрения. Так, еще 1 марта 1944 года на конференции в Министерстве по делам оккупированных восточных областей, он представил проект создания 20 000 оперативной группы по борьбе с партизанами. В ее состав, помимо немецких частей, должны были войти: казачьи части, кавказские формирования, Бригада Каминского и пехотные батальоны БКА. Однако обстановка на Восточном фронте и его тыловых районах не позволяла за короткий срок создать такую группу. Поэтому фон Готтберг решил использовать батальоны БКА согласно своему второму варианту: они должны были участвовать в боях против партизан либо отдельно, либо в составе более крупных немецких частей. Такая возможность представилась во второй половине мая 1944 года, когда последние из уже организованных батальонов БКА заканчивали свою подготовку.
Первым участие в боевых действиях принял 15-й Городищенский батальон под командованием лейтенанта Всеволода Радько. Этот батальон присоединили к оперативной группе фон Готтберга, которая должна была очистить от советских партизан районы Лепеля и Борисова (операция «Праздник весны»). В ходе боев, продолжавшихся с 16 апреля по 10 мая 1944 года, белорусы проявили высокую боеспособность, а противостоявшие ему партизанские отряды понесли большие потери. После операции лейтенант Радько был награжден Железным крестом, а командиры рот, многие унтер-офицеры и рядовые получили специальную награду — «Медаль для восточных народов»{4}.В первой половине июня немцы решили использовать еще один батальон — 34-й, который дислоцировался в Столбцах. Однако, вследствие того, что они не уведомили Штаб БКА о своих намерениях, многие солдаты батальона разбежались прямо перед своей посадкой на поезд. Чтобы не допустить окончательного распада подразделения, Франц Кушель послал в Столбцы своего заместителя капитана Виталия Микулу, который смог уговорить белорусских солдат отправиться на операцию.
В крупных боевых акциях против партизан немцы старались использовать только наиболее подготовленные и хорошо вооруженные батальоны (например, советские партизаны к числу таких относили 1-3 и 44-й, а также подразделения под командованием Габриловича, Бугая и Ветвицкого).
Те же части, которые были подготовлены хуже, использовались по типу местной самообороны. Их задача заключалась в следующем: они патрулировали район своего базирования, и отгоняли обратно в леса небольшие группы партизан, давая, тем самым, местным крестьянам спокойно обрабатывать землю. Таким образом, например, применялись части БКА Вилейского и Слуцкого округов. Здесь борьба с партизанами началась сразу же после организации батальонов, охватив, по сути, весь период их подготовки. Фактически, личный состав этих батальонов учился в бою. Части же, подготовка и вооружение которых не дотягивали даже до среднего уровня, использовались, в основном, на охране гражданских учреждений и складов, на погрузке и отправке в Германию различного имущества и на других хозяйственных работах.
23 июня 1944 года Красная Армия начала операцию «Багратион», которая закончилась полным разгромом немецкой группы армий «Центр». За две недели была освобождена почти вся территория Белоруссии. Поэтому на эвакуацию частей БКА и всех ее структур у немцев попросту не оказалось времени. Однако, как пишет польский историк Юрий Туронек, такая эвакуация и не планировалась, о чем свидетельствует полное отсутствие приказов на этот счет, как со стороны немцев, так и из Штаба БКА. Буквально перед самым оставлением Минска, фон Готтберг распорядился, чтобы окружные фюреры позаботились об отступлении наиболее боеспособных батальонов на запад и демобилизации остальных. Но они полностью провалили эту акцию. В результате, после эвакуации из Минска 27 июня 1944 года немецкого штаба связи при БКА, и Островский, и Кушель остались вообще без всяких контактов с фон Готтбергом и не могли дать своим частям ни одной, сколько-нибудь вразумительной, инструкции. А вскоре и БЦР, и Штаб БКА сами последовали за немцами. В такой ситуации командиры большинства белорусских батальонов оказались представлены сами себе, и поэтому стали решать проблему спасения вверенных им людей по мере своих сил и опыта. Один из очевидцев так описывал «эвакуацию» одного из батальонов БКА в Барановичском округе: «Вечером 30 июня я стал случайным свидетелем демобилизации батальона численностью в 700 человек. Перед строем батальона стоял его командир. После короткой информации о последних событиях на фронте он сказал следующее: «Кто пойдет с нами, пусть остается в строю, остальные могут идти домой». После этих слов вся солдатская масса зашевелилась и двинулась к казармам, чтобы забрать свои вещи и идти по домам. В строю осталось только 18 человек, в основном, унтер-офицеров, а на утро согласилось уезжать еще меньше».