Апокалипсис on line - Страница 9
И вот удар нанесен. Нескольких часов хватило для того, чтобы 80 процентов территории города оказалось под водой. Новый Орлеан фактически оказался отрезанным от остального мира. Электричество отключилось, была прервана телефонная связь. Канализация прорвана, и горожанам советуют пить воду только после кипячения, что не так-то просто, когда нет электричества.
Постоянно растет число сообщений о мародерстве. Точнее, о попытках мародерства. «Честно говоря, я думала, что до этого дело не дойдет. Чисто физически трудно украсть что бы то ни было, находясь по пояс или по горло в воде, – говорит потрясенная чиновница в Батон-Руж. – Но к нам постоянно поступают сообщения о том, что в Новом Орлеане действуют мародеры. Они даже пытаются угонять машины с затопленных улиц».
Однако самая главная проблема состояла в том, что власти, похоже, не слишком четко представляли себе, как начать борьбу с последствиями урагана. «Разрушения настолько велики, что, по-моему, наши боссы не знают, с чего начать, – заметил Поль Лурье. – У нас тут жутко, царит полный хаос. И это в Батон-Руж, который не так уж и пострадал. А что тогда говорить о Новом Орлеане».
«Единственная хорошая новость, которую мы узнали после урагана, заключалась в том, что все могло быть еще хуже, – говорит Мартин Лапаж, житель Нового Орлеана, остававшийся все это время в городе. – Глядя вокруг, трудно себе это представить, но это так. Нам сказали, что в последний момент Катрина чуть изменила движение, удалившись на 15 километров от города. Наверное, эти 15 километров и спасли нас всех».
В довершение ко всему из берегов вышло озеро Поншар-трен, и его воды устремились в город, так что Новому Орлеану угрожало второе затопление.
По масштабам разрушений, экономическому урону и, наконец, по числу погибших Катрину сравнивают с терактами 11 сентября 2001 года. Разница в том, что если одним из последствий терактов в Нью-Йорке и Вашингтоне стала глобальная солидарность с Америкой, то Катрина ко всем своим прочим бедам принесла американцам еще одну – всемирное унижение и позор. В зависимости от взглядов журналисты недоумевали, критиковали и даже откровенно издевались над действиями американских властей во время кризиса. Основания для этого были: власти, похоже, не столько боролись с ураганом и его последствиями, сколько создавали себе новые проблемы.
Теперь уже совершенно очевидно, что власти Луизианы переоценили свои силы во время подготовки к встрече Катрины. Еще накануне того дня, когда ураган обрушился на Новый Орлеан, федеральные власти предложили губернатору Луизианы Кэтлин Бланко эвакуировать жителей силами федеральных властей – армии и корпуса спасателей, входящего в состав Министерства внутренней безопасности США. Бланко отказалась принимать федеральную помощь, посчитав, что для такой работы вполне хватит сил национальной гвардии и полиции штата.
Тем не менее всю вину за случившееся журналисты возложили на федеральные власти. Министру внутренней безопасности США Майклу Чертоффу пришлось даже разъяснять им азы американской конституционной системы. «Основная власть в штате принадлежит губернатору», – говорил он, объясняя, почему федеральные власти не смогли сразу же принять участие в спасательных работах.
При этом, как становится ясным только сейчас, все свои планы власти Луизианы строили из предположения, что чрезвычайная ситуация продлится не более недели. «Они явно готовились бороться только с самим ураганом, но не с его последствиями. О них они даже не думали, – заметил один сотрудник Федерального агентства по чрезвычайным ситуациям FEMA. – Если говорить прямо, то готовность штата к урагану была нулевой». К тому, что следствием урагана станет катастрофическое наводнение, в результате которого 80 % города окажется под водой, власти были совершенно не готовы.
Даже приблизительное представление о том, что творилось в городе в первые часы после удара стихии, появилось далеко не сразу. Связь с Новым Орлеаном была практически прервана, а обрывочные сведения о происходящем, которые поступали от остававшихся в городе жителей, часто выглядели слишком фантастично, чтобы к ним относились с доверием. В результате главными источниками информации оказались власти штата и страны. До сих пор идут споры о том, была ли информация, которую давали власти, намеренной ложью или чиновники сами не знали, что происходит, а потому выдавали за факты свои представления о том, как все должно происходить, причем по самому благоприятному сценарию.
Мэр Нового Орлеана и начальник полиции рассказывали, как их подчиненные ведут борьбу с последствиями урагана. Из столицы Луизианы – города Батон-Руж – поступала информация о том, как местные власти заботятся о пострадавших. Больше всего разговоров было о тех, кто оказался на стадионе Superdome. Власти уверяли, что находящиеся там обеспечены едой, питьем и, главное, медицинской помощью. Работа госпитального блока осложнена нехваткой электричества, но врачи все равно делают все возможное. В свою очередь, из Вашингтона сообщали о начале оказания полномасштабной помощи пострадавшим районам.
Все это оказалось ложью. Находившиеся на стадионе рассказывали о невыносимых условиях – жаре, антисанитарии. Врачи признавали, что сделать они практически ничего не могут – в здании не оказалось многих нужных медикаментов. Что же до запасов еды, то, как выяснилось, слова о том, что находящиеся в Superdome обеспечены ею как минимум на пять дней, следовало понимать так: власти города, объявляя об открытии убежища на стадионе, предупредили, чтобы граждане принесли с собой запас еды на пять дней.
Точно такой же ложью оказались и первые сообщения о федеральной помощи. Как выяснилось позже, представители FEMA несколько раз препятствовали попыткам отдельных организаций и компаний оказать помощь пострадавшим. В одном из самых вопиющих случаев сотрудники FEMA развернули обратно грузовик с запасом питьевой воды, отправленный компанией Wal-Mart, заявив, что в чужой помощи они не нуждаются.
«Представители FEMA ничего не делали. Мы, оказывается, можем посылать помощь жертвам цунами на другой конец Земли, но вот добраться до Нового Орлеана невозможно. В Superdome не было ни одного представителя федеральных властей», – заявил шеф управления по чрезвычайным ситуациям Нового Орлеана Терри Эбберт. О чем умолчал, так это о том, что на стадионе не было и представителей полиции.
Уже через пару дней после удара Катрины о Новом Орлеане начали говорить как о городе, где нет закона. Мародерство приобрело катастрофические масштабы. В городе, на 80 % покрытом водой, власть перешла в руки банд, контролировавших отдельные районы. Ситуация в Superdome в этом смысле была показательной. Фактически стадион контролировали бандиты, которые отбирали еду, постоянно издевались над людьми, насиловали женщин.
По словам очевидцев, перестрелки происходили по всему городу, причем с первого взгляда нельзя было понять, кто в кого стреляет – бандиты в полицейских, полицейские в бандитов или бандиты друг в друга. Сил национальных гвардейцев, мобилизованных со всего штата, хватало только на то, чтобы обеспечивать безопасность групп спасателей, занимавшихся поиском и эвакуацией тех, кто не мог покинуть свои дома. Но даже по ним бандиты открывали огонь.
Относительный порядок в городе удалось установить только через неделю. По распоряжению федеральных властей в город были введены регулярные части американской армии, а также национальные гвардейцы из других штатов. Объявив политику «нулевой терпимости» по отношению к мародерам (их разрешили уничтожать без предупреждения), власти решили проблему беззакония, но оказались перед новой. Их начали обвинять в расизме. Ведь стрелять гвардейцам, полицейским и солдатам пришлось только в чернокожих.
Первые разговоры о расизме властей начались вскоре после урагана. Многие афроамериканцы жаловались на то, что помощь к ним доходит в самую последнюю очередь. Говорили о секретной директиве, по которой первыми помощь должны были получать белые, затем афроамериканцы, затем находившиеся в городе иностранцы. Никто так и не обнаружил этого документа, но в его существовании мало кто сомневается. «Такое впечатление действительно могло возникнуть, – говорит бывший спасатель из Нью-Йорка Кайл Робертс. – Власти города и штата наверняка думали о том, как минимизировать ущерб от урагана, а потому в первую очередь занимались «дорогими» районами. А там большинство жителей – белые».