Антропологическая элитология - Страница 14

Объективная и вместе нечувственная природа "идеи" характеризуется Платоном и в его более позднем диалоге "Филеб". "Под красотой форм, — разъясняет в этом диалоге Сократ, — я пытаюсь понимать не то, что хочет понимать под ней большинство, то есть красоту живых существ, или картин; нет, я называю это прекрасным не тем, что прекрасно по отношению к чему-либо, как это можно сказать о других вещах, но тем, что вечно прекрасно само по себе, по своей природе, и возбуждает некоторые особенные, свойственные только ему наслаждения, не имеющие ничего общего с удовольствием от щекотания" (Филеб,51с-d). В этом своем объективном существовании прекрасное есть одна из высших "идей". Но наивысшая, по Платону, "идея" есть "идея" блага.

Учение Платона об "идеи" блага как о высшей "идее" чрезвычайно существенно для всей системы его мировоззрения. Учение это сообщает философии Платона характер не просто объективного идеализма, но также идеализма телеологического. Телеология — учение о целесообразности. Так как, по Платону, над всем главенствует "идея" блага, то это значит, что порядок, господствующий в мире, есть порядок целесообразный: все направляется к благой цели. Всякое временное и относительное существование имеет целью некое объективное бытие; будучи целью, оно есть вместе с тем благо (Филеб, 53е-54d). Это бытие и есть сущность всех вещей, подверженных генезису, их образец (Политик, 283d; Теэтет, 176е). Все вещи стремятся достигнуть блага, хотя — как чувственные вещи — не способны его достигнуть (Федон, 74d-e). Так, для всех живых существ верховная цель, первоначальный и необходимый предмет их стремлений — счастье. Но счастье, как разъясняет в ряде диалогов Платон, состоит именно в обладании благом. Поэтому всякая душа стремиться к благу и все делает ради блага.

Стремясь к обладанию благом, душа стремиться к знанию о благе. О нем совершенно необходимо утверждать, "что все познающее охотиться за ним, стремиться к нему, желая схватить его и завладеть им и не заботиться ни о чем, кроме того, что может быть достигнуто вместе с благом" (Филиб, 20d).

Так как критерий всякого относительного блага — благо безусловное, то наивысшее из всех учений философии — учение об "идее" блага. Лишь при руководстве "идеей" блага справедливое становиться пригодным и полезным. В "Государстве" (504а) Платон пишет, что без "идеи" блага все человеческие знания, даже наиболее полные, были бы совершенно бесполезными, ибо не представляли бы никакой ценности.

Телеология Платона, учение об объективной целесообразности, тесно связана с его теологией, или богословием. В "Пире", в "Пармениде", в "Федре" он утверждает, что "идеи", не полностью постижимы для нас, зато сполна и, безусловно, постижимы для разума Бога. Божественный разум предполагает существование божественной жизни (Софист, 248е). Бог — не только существо живое, Он — совершенство благ (Тимей, 29е). Бог и есть само благо. Желая, чтобы все было наилучшим, он создает мир по собственному подобию, т.е. согласно "идее" совершеннейшего живого существа. Хотя сущность мировой жизни — сам Бог, но Бог может быть счастлив, лишь, если счастливой будет жизнь, которую он дарует миру. Ярко эта элитологическая мысль выражена в "Тимее" (37а): прекраснейшим из существ, постигаемых умом, предполагается также величайший, лучший, прекраснейший и совершеннейший из чувственных миров.

Стремление к счастью вложено в нас самим Богом. Хотя Бог — истинное бытие, Он необходимо полагает Себя в ином бытии, которое уже не истинно. С другой стороны, неистинное бытие, или "инобытие", в качестве положенного бытием самобытным, необходимо стремиться утвердить себя в истинном и самобытном бытии. Поэтому человек необходимо влечется к божеству. Желая познать благо, он стремиться познать Бога: желая обладать благами, он стремится стать причастным сущности Бога. Или, как разъясняется в "Законах" (715е-716а), Бог есть и начало, и середина, и конец всех вещей. Он — начало, так как от Него все происходит; Он — середина, так как Он сущность всего, что имеет генезис; Он — конец, так как все к нему стремиться. Платон в ряде мест подчеркивает объективный характер своей телеологии. "Благо" для него выше бытия и выше человеческого познания. И все же известные черты "блага" могут быть, по Платону, уловлены. Платон отождествил в известном смысле "благо" с разумом. Так как разумность обнаруживается в целесообразности, то "благо" Платон сближает с целесообразным. Но целесообразность есть, по Платону, соответствие вещи ее "идеи". Отсюда получается, что постигнуть, в чем "благо" вещи, значит постигнуть "идею" этой вещи. В свою очередь, постигнуть "идею" — значит свести многообразие чувственных причинно обусловленных явлений "идеи" к их сверхчувственному и целесообразному единству, или к их закону (Федр, 249 в-с).

Одна из наиболее полных характеристик высшего блага для человека дана Платоном в его "Филебе" (64с; 64а). По мнению А.Ф.Лосева и В.Ф. Асмуса здесь в качестве условий высшего человеческого блага указаны: а) участие в вечной природе "идеи"; б) воплощение "идеи" в действительности; в) наличие разума и обладание знанием; г) владение некоторыми науками, искусствами, а также обладание правильными мнениями; д) некоторые виды чистых чувственных удовольствий, например, от чистых тонов мелодий или цветов в живописи. Лосев прямо указывает на то, что в "Филебе" Платон впервые проводит в систематической форме иерархию пяти благ, которые возникают на почве диалектического синтеза.[38]

"Кровь и сознание". Платон вырос в знатной, старинной, царского происхождения семьи с прочными аристократическими традициями, создающей историю Афин как историю своего рода. Будучи выходцем из элиты крови, Платон не мог не проникнуться ее идеей избранности, столь естественной и нормальной в той родовой среде. Имея позади себя мощные генеалогические корни (Солон, царь Кодр, аргонавт Андропомп, Нестор и даже бог Посейдон),[39] Платон считал естественным свое желание воздать им хвалу в соответствии с их природой: "они родились людьми достойными. А родились они такими потому, что произошли от достойных" (Менексен, 237а). Поэтому в основе "благородного человека" лежит его происхождение — "родовая кровь". На втором место Платон ставит его воспитание и на третье — образованность. Гармония этой троичности и составляет добрую славу человека относимого Платоном в разряд избранных — государи, философы, гении. Тема элитарного сознания рассыпана у Платона по многим его диалогам. Но мы можем выделить некую общность этих его идей. Поскольку они планомерно повторяются из произведения в произведение, то невольно возникает подозрение в том, что у него была некая схема духовного мира личности, которой он руководствовался, работая над своими диалогами.

Большинство характеристик, которые использует Платон для описания "достойного человека" (Федон, 78а; Менексен, 237а, 242е), связано с понятием "блага". Отсюда можно сделать заключение, что элиту составляют те, кто не только пользуется благом как некой привилегией, но и те, кто сами способны давать блага другим, быть его источником, т.е. обладать преимуществом, иметь явное, а не мнимое превосходство над остальными. Эти последние и будут являться носителями элитарного сознания. Так общая элитология аристократизма Платона перерастает в его элитологию сознания. И действительно, если мы проанализируем те его диалоги, где им говориться о проблеме элиты, то заметим, что в большей мере Платона волнует вопросы духовного совершенства человека, а не то, какое по рождению он имеет в обществе социальный статус. Проблема "элиты крови" ничто по сравнению с проблемой "элиты знаний". Сознание элиты, ее духовные и душевные свойства — вот главный предмет рассмотрения элитологии сознания первого афинского академика. Он не только анализирует великих людей — гений Гомера, Гераклита или Гесиода, но и саморефлексирует на близкие ему самому явления. Аристократизм самого Платона представляет наибольший интерес, поскольку зачастую является интимной стороной духовной жизни самого Платона, его тайным Я, его божественным Гением.