Антропогенный фактор - Страница 9

– Постараюсь быть кратким, – начал Ктесий. – Поскольку с проектом сети туркомплексов на Мараукане все ознакомлены заранее и каждый знает круг своих служебных обязанностей, я не буду останавливаться на достоинствах и недостатках проекта. Мы здесь собрались не для того, чтобы обсуждать проект, а чтобы претворять его в жизнь. Поэтому предлагаю начать с рекогносцировки на местности. Возражения есть?

Никто не проронил ни слова.

– Хорошо, – кивнул Ктесий. Он выдвинул из стола пульт и защёлкал клавишами. – Для начала рассмотрим карту…

Над столешницей возникла призрачная панорама части поверхности Марауканы.

– Всем видно?

Пытаясь избавиться от звона в ушах после грома разрядника, я некстати повёл головой.

– Что-то не так, Вольдемар?

– Нет-нет, всё нормально… Это к делу не относится. Продолжайте.

Сидящая рядом Ютта заглянула мне в глаза, положила ладонь на мою руку и сочувственно сжала.

– Спасибо, – шепнул я.

Она кивнула и убрала руку.

– Здесь в настоящее время находится наша платформа, – сказал Ктесий, и на карте появилась светящаяся красная стрелочка. – В шестидесяти километрах на юго-восток расположен объект номер восемь, условно именуемый по каталогу «Усечённой Пирамидой». В сто двадцати километрах на север – объект номер десять или «Храмовый Комплекс». В сорока двух километрах на северо-северо-запад находится объект номер один или «Руины Мегаполиса». По генеральному плану застройки мы должны начать работы с возведения центрального туристического комплекса у объекта номер один. Однако, после детального анализа ситуации на Мараукане, было решено внести коррективы в генеральный план организации сети туристических баз на планете и начать с объекта номер восемь…

– Чёрт знает что! – возмутился экзоархеолог Тумаду. – Руины Мегаполиса представляют собой наиболее значительный археологический объект, а мы начинаем исследования чуть ли не с самого маленького! Кроме того, Усечённую Пирамиду досконально исследовала экспедиция стапульцев, и никаких остатков цивилизации, кроме самой пирамиды, не обнаружила. В то время как в Руинах Мегаполиса имеются громадные площади культурного слоя…

– Не манкируйте фактами! – ввязалась в перепалку экзоархеолог Леонора Мшински. – Под Усечённой Пирамидой обнаружена сложная сеть катакомб, которую стапульцы не исследовали! Вы находитесь в плену собственной теории антропоморфизма аборигенов и ради этого готовы пренебречь…

– Стоп! – снова повысив голос, прервал спорящих коммодор. – Я не допущу балагана во время совещаний. Не знаю, да и не желаю знать, как у вас, в Майлетском Ксеноисторическом Центре, ведутся дебаты, но здесь будет по-моему. Устанавливаю следующий порядок: основной докладчик сообщает вводную, затем ему задают вопросы, и только после этого начинается обсуждение проблемы. Прошу не перебивать друг друга, не допускать реплик, а своё мнение высказывать в максимально корректной форме.

– Но… – попыталась вставить слово Мшински.

– Всё! – оборвал её коммодор, и внушительно хлопнул ладонью о стол. Будто печать поставил. – С этой минуты это закон. Продолжайте, координатор.

– Поддерживаю коммодора, – сказал Ктесий. – Если бы вы дослушали вводную информацию, никакой перепалки не случилось бы… Итак, продолжаю. Основной нашей задачей на Мараукане является строительство комфортабельных турбаз, связанных между собой разветвлённой сетью туристических маршрутов, а археологические исследования – это сопутствующая составляющая, немаловажная, но никоим образом не первостепенная. Ввиду того, что проект не подкреплён достаточно обоснованными геодезическими изысканиями, а в него вложены огромные ассигнования, решено начать пробное строительство с небольшого объекта, чтобы затем, в случае положительного результата, приступить к осуществлению проекта в полном объёме. Изменения в ходе работ согласованы с Уэлем Аоруиноем, полномочным инспектором Галактического Союза, находящимся на нашей платформе, и утверждены советом директоров фирмы-заказчика.

Ктесий сделал паузу, обвёл присутствующих взглядом и неожиданно усмехнулся.

– Я обещал быть кратким и сдержал своё обещание. Это, практически, всё, что я хотел сообщить. Вопросы есть?

– Имеются, – нервно подал голос архитектор Хорхе Чивер. – Что вы подразумеваете под положительным результатом, и что произойдёт, если результат окажется отрицательным?

– Успокойтесь, Хорхе, – улыбнулся Ктесий. – Под отрицательным результатом подразумеваются вовсе не эстетические характеристики зданий и сооружений туркомплексов – для их оценки в штатном расписании есть дизайнер. Имеется в виду топологическая нестабильность метрики пространства на Мараукане, из-за которой все сооружения могут превратиться в пыль. Если такое случится, мы будем вынуждены прекратить работы и свернуть проект. Ещё вопросы есть?

Вопросов не было.

– Тогда приступим к работе, – взял слово коммодор. – Навигатор Корти Ньюмен, прошу вас через полчаса активизировать двигательный отсек платформы и направить её к объекту номер восемь. Сколько времени вам потребуется на перемещение платформы?

Корти склонился над картой, оценивая расстояние.

– Шестьдесят километров… – пробормотал он. – Думаю, не больше трёх часов.

– Хорошо. По прибытии на место, попрошу физика-тополога провести исследования по стабильности метрики пространства, а планетолога оценить геологическую структуру района для выбора строительной площадки. Данные нужны к утру.

– Этого времени хватит только на предварительное и весьма общее заключение, – категорически возразил Холодков.

– Мне тоже, – подтвердил я.

– А я пока большего и не требую, – развёл руками коммодор. – Эти данные нужны для того, чтобы завтра и остальные члены команды включились в работу. Ещё вопросы будут? Тогда совещание закончено.

– Стоило ли из-за этого собираться… – недовольно поморщившись, пробурчала Ютта.

– Что вы сказали? – переспросил Гримур. Слух у него оказался острым.

– Я сказала, – без тени смущения Ютта посмотрела в глаза коммодора, – что если все совещания будут проводиться на волюнтаристском уровне, то стоит ли нам собираться здесь? Не лучше ли раздавать указания по селектору?

– Согласен, – кивнул Гримур. – С завтрашнего дня так и будет. Сегодня же я собрал вас исключительно ради того, чтобы все познакомились поближе и почувствовали себя одной командой. Что касается вашего замечания о моём волюнтаризме, то прошу учесть, пока я коммодор, моё слово будет решающим. На этом всё. Можете расходиться.

– Казарма… – пробормотала, поднимаясь из-за стола, Ютта явно с таким расчётом, чтобы Гримур её услышал.

Коммодор снял очки, глянул на неё тяжёлым взглядом, но ничего не сказал.

Единения крепко спаянной команды, как того желал коммодор, не получилось. Едва мы вышли из зала заседаний, как все молча, не прощаясь, разбрелись каждый в своё ответвление коридора к индивидуальным лифтам. Честно говоря, я тоже не испытывал особого желания разговаривать с кем-нибудь, кивнул на прощание Ютте, которую пропустил вперёд на выходе, но она неожиданно придержала меня за локоть.

– Вольдемар, вы играете в бадминтон?

– Как вам сказать… – смутился я, приостановившись. – В молодости играл. На дилетантском, конечно, уровне.

– Предлагаю поиграть на лужайке.

В этот момент нас догнал Энтони Холодков. Шёл он с улыбкой, протягивая руку для приветствия, но, когда услышал предложение Ютты, улыбка растаяла на губах, и он демонстративно спрятал руку за спину.

– На старичков потянуло… – процедил он, пренебрежительно окидывая меня взглядом сверху донизу. – Ну-ну!

Он обошёл нас и стремительно зашагал дальше по коридору.

Только этого мне не хватало! Не успел прилететь, как тут же попал в интрижку…

Ютта досадливо поморщилась.

– Через полчаса жду вас на лужайке у дома, – сказала она. – Ракетки и воланы я принесу.

– Боюсь, сегодня не получится, – попытался я отказаться. – Вы же слышали, мне предстоит работать.