Античная лирика. - Страница 62
Изменить размер шрифта:
«Факел и лук отложив, взял рожок, чем волов погоняют…» [462]
Перевод В. Латышева
АНТИПАТР СИДОНСКИЙ [465]
Нереиды на развалинах Коринфа [466]
Перевод Л. Блуменау
Где красота твоя, город дорийцев, Коринф величавый,
Где твоих башен венцы, прежняя роскошь твоя,
Храмы блаженных богов, и дома, и потомки Сизифа —
Славные жены твои и мириады мужей?
Даже следов от тебя не осталось теперь, злополучный.
Все разорила вконец, все поглотила война.
Только лишь мы, Нереиды, бессмертные дочери моря,
Как алькионы, одни плачем о доле твоей.
На храм Артемиды в Эфесе [467]
1
Перевод Л. Блуменау
Видел я стены твои, Вавилон, на которых просторно
И колесницам; видал Зевса в Олимпии [468]я,
Чудо висячих садов Вавилона, колосс Гелиóса [469]
И пирамиды — дела многих и тяжких трудов;
Знаю Мавзола гробницу [470]огромную. Но лишь увидел
Я Артемиды чертог, кровлю вознесший до туч, —
Все остальное померкло пред ним; вне пределов Олимпа
Солнце не видит нигде равной ему красоты.
2
Перевод Л. Блуменау
Кто перенес парфенон [471]твой, богиня, с Олимпа, где прежде
Он находился в ряду прочих небесных жилищ,
В город Андрокла [472], столицу ретивых в бою ионийцев,
Музами, как и копьем, славный повсюду Эфес?
Видно, сама ты, сразившая Тития [473], больше Олимпа
Город родной возлюбя, в нем свой воздвигла чертог.
Ниобе [474]
Перевод Л. Блуменау
Что подняла ты к Олимпу, о женщина, дерзкую руку,
С богоотступной главы пряди волос разметав?
Страшное мщенье Латоны увидев, теперь проклинаешь
Ты, многодетная, спор свой необдуманный с ней.
В судорогах бьется одна твоя дочь, бездыханной другая
Пала; над третьей висит тот же удел роковой.
Но не исполнилась мера страданий твоих, покрывает
Землю собой и толпа павших твоих сыновей.
Жребий тяжелый оплакав, убитая горем Ниоба,
Скоро ты станешь, увы, камнем бездушным сама.
На «Феспиад [475]» Праксителя
Перевод Л. Блуменау
Пять этих женщин, прислужниц спасителя Вакха, готовят
Все, что священный обряд хоростасии [476]велит:
Тело могучего льва поднимает одна, длиннорогий
Ликаонийский [477]олень взвален на плечи другой,
Третья несет быстрокрылую птицу, четвертая — бубен,
Пятая держит в руке медный тяжелый кротал.
Все в исступленье они, и вакхическим буйством у каждой
Из пятерых поражен заколобродивший ум.
«Малая эта могила — Приама отважного…»
Перевод Ю. Шульца
Малая эта могила — Приама отважного. Пусть он
Большей достоин, но нас ведь погребают враги.
На «телку» Мирона
Перевод Л. Блуменау
Кажется, телка сейчас замычит. Знать, живое творилось
Не Прометеем одним, но и тобою, Мирон.
На «Некию» Никия [478]
Перевод Л. Блуменау
Никия это работа — живущая вечно «Некия».
Памятник смерти для всех возрастов жизни она.
Как первообраз служила художнику песня Гомера,
Чей испытующий взгляд в недра Аида проник.
Родина Гомера
Перевод Л. Блуменау
Краем, вскормившим тебя, Колофон называют иные,
Славную Смирну — одни, Хиос — другие, Гомер.
Хвалится тем еще Иос, равно Саламин благодатный,
Также Фессалия, мать рода лапифов. Не раз
Место иное отчизной твоей величалось. Но если
Призваны мы огласить вещие Феба слова,
Скажем: великое небо отчизна твоя, и не смертной
Матерью был ты рожден, а Каллиопой самой.
Стесихору [479]
Перевод Л. Блуменау
Пиндару [482]
Перевод Л. Блуменау
Как заглушаются звуком трубы костяные свирели,
Так уступают, Пиндáр, лиры другие твоей.
Видно, недаром у губ твоих нежных роилися пчелы,
Соты из воска на них, полные меда, лепя.
Ведомы чары твои и рогатому Пану, который,
Дудку пастушью забыв, пенью внимал твоему.