Античная лирика. - Страница 43
Изменить размер шрифта:
Перевод С. Апта
Ум и язык — это благо. Немного, однако, найдется
Смертных, чтоб тем и другим верно могли б управлять.
«Птицы пронзительный крик услышал я…»
Перевод С. Апта
Птицы пронзительный крик услышал я, сын Полипая:
Нам возвещает она время весенних работ —
Пахоты время и сева. И черная боль охватила
Сердце мое — не про нас пышного поля простор!
«Можешь остаться у нас…»
Перевод С. Апта
Можешь остаться у нас. Но тебя приглашать мы не станем.
Бремя для всех на пиру, мил ты за дверью, как друг.
«Родом я неизвестный…»
Перевод С. Апта
Родом я неизвестный. Я в Фивах живу, крепкостенном
Городе. Мне привелось землю покинуть отцов.
Милых предков моих не смей поносить, Аргирида,
Ради забавы. Тебе рабская доля дана,
Мне же, о женщина, беды другие достались в изгнанье,
Множество бед. Но не мне рабство тяжелое знать.
Нет, меня не продашь. Вдали, у равнины Летейской,
Город прекрасный стоит. Это мой город родной.
«Рядом с рыдающим, Кирн…»
Перевод С. Апта
Рядом с рыдающим, Кирн, никогда мы не станем смеяться,
Как бы ни радовал нас в собственном деле успех.
«Трудно заставить врага-ненавистника верить обману…»
Перевод В. Вересаева
Трудно заставить врага-ненавистника верить обману.
Друга же очень легко другу, о Кирн, обмануть.
«Слово приносит обычно великий урон человеку…»
Перевод С. Апта
Слово приносит обычно великий урон человеку,
Если окажется он слишком взволнован, мой Кирн.
«Нет справедливости в гневе, он только вредит человеку…»
Перевод С. Апта
Нет справедливости в гневе, он только вредит человеку,
Делая душу его подлой и низкою, Кирн.
«О Киферея-Киприда…»
Перевод В. Вересаева
О Киферея-Киприда, искусная в кознях [242], могучим
Даром тебя одарил Зевс, отличая тебя.
Ты покоряешь умнейших, и нет никого, кто настолько
Был бы могуч или мудр, чтобы тебя избежать.
СИМОНИД КЕОССКИЙ [243]
Отрывок элегии
Перевод Л. Блуменау
Нет у людей ничего долговечного. Истину эту
Выразил лучше всего славный хиосец [244], сказав:
«Так же, как листья деревьев, сменяются роды людские».
Редко, однако же, кто, слушая эти слова,
Воспринимает их сердцем своим — потому что надежда
В каждом живет, с юных лет укореняясь в груди.
Каждый, пока не увял еще цвет его юности милой,
Много несбыточных дум носит в незрелом уме;
Мысли о старости, смерти грозящей его не тревожат,
Нет до болезней ему дела, пока он здоров.
Жалок, чей ум так настроен, кто даже подумать не хочет,
Сколь ненадолго даны смертному юность и жизнь!
Ты же, постигнувший это, ищи до конца своей жизни
Благ, от которых душе было б отрадно твоей.
Анакреонту
1
Перевод Л. Блуменау
Гроздьев живительных мать, чародейка лоза винограда!
Ты, что даешь от себя отпрыски цепких ветвей!
Вейся по стеле высокой над Анакреонтом-теосцем,
Зеленью свежей покрой низкую насыпь земли.
Пусть он, любивший вино и пиры и в чаду опьяненья
Певший на лире всю ночь, юношей, милых ему,
Видит и, лежа в земле, над своей головою висящий,
В гроздьях на гибких ветвях, спелый, прекрасный твой плод;
Пусть окропляются влагой росистой уста, из которых
Слаще, чем влага твоя, некогда песня лилась!
2
Перевод Л. Блуменау
Милостью муз песнопевца бессмертного, Анакреонта,
Теос родной у себя в недрах земли приютил.
В песнях своих, напоенных дыханьем харит и эротов,
Некогда славил певец юношей нежных любовь.
И в Ахероне теперь он грустит не о том, что, покинув
Солнечный свет, к берегам Леты печальной пристал,
Но что пришлось разлучиться ему с Мегистеем, милейшим
Из молодежи, любовь Смердия кинуть пришлось.
Сладостных песен своих не прервал он, однако, и мертвый,
Даже в Аиде не смолк звучный его барбитон [245].
Дар Павсания Аполлону
Перевод Л. Блуменау
Военачальник Эллады, Павсаний [246], могучему Фебу,
Войско мидян поразив, памятник этот воздвиг.
Зевсу-освободителю [247]
Перевод Л. Блуменау
Эллины, силою рук, и Арея искусством, и смелым
Общим порывом сердец персов изгнав из страны,
В дар от свободной Эллады освободителю Зевсу
Некогда здесь возвели этот священный алтарь.
Защитникам Тегеи
Перевод Л. Блуменау
Доблести этих мужей обязан ты, город Тегея [248],
Тем, что от стен твоих дым не поднялся к небесам.
Детям оставить желая цветущий свободою город,
Сами в передних рядах бились и пали они.