Аномальщики. Трилогия(СИ) - Страница 49

- Попробую, не вопрос.... Во-первых, рыбачили на этом месте не в первый раз. Вон тропинка уверенно змеится вверх по склону холма, похоже, что к вершине. Во-вторых, я бы этой тропе не доверяла. Что за человек регулярно ходит по ней? Если, конечно, это человек.... Тяжёленький чёрный крючок. Светлая, очень-очень холодная баночка. Навевает - всякие и разные мысли фантастической направленности.... У меня всё.

- Чего-то явно не хватает. В том смысле, что для полного логического комплекта.

- Не хватает, говоришь? - засомневалась Наталья. - Хорошо, продолжаю. В-третьих, мы стоим на открытом месте и отсвечиваем - почём зря. Опасно это. Если Золотая Баба взлетит (не дай Бог, конечно), то сразу же засечёт незваных гостей. То бишь, нас. В-четвёртых, неплохо было бы, действительно, добраться до вершины холма - оглядеться, осмотреться, определиться с дальнейшими планами.... Так лучше?

- Гораздо, - одобрительно улыбнулся Пашка. - Значит, нам надо - причём, одновременно - и спрятаться, и залезть на вершину? Ерундовая задачка. Типа - для злостных двоечников из начальных классов средней школы. Вон одна глубокая и узкая горная расщелина - она поднимается наверх, огибая желанную вершину справа. А вон вторая, подбирающаяся к означенной вершине слева.... По какой из них, братья и сёстры, пойдём?

- Чувствуешь? - шёпотом спросила у брата Валентина.

- Ага, - также тихо подтвердил Женька, после чего коротко откашлялся и заявил: - По правой расщелине надо идти. По крайней мере, так мы с Валюхой считаем. Обязательно - по ней...

Глава шестнадцатая

Ретроспектива 006. Близнецы Петровы, семейная тайна

Долгое время Валентина и Женька считали себя сиротами. То есть, не абсолютными сиротами, ведь у них был любимый и заботливый дедушка, но, всё же. В том смысле, что кроме деда никаких других близких родственников у близнецов Петровых не было. По крайней мере, они так думали...

Отец и мать? Сперва - во времена детского садика и начальной школы - дед рассказывал им про отважного капитана дальнего плавания и про не менее отважную судовую радистку. Потом, по его же словам, супругам Петровым - в качестве повышения по службе - предложили остаться на зимовку в Антарктиде, на знаменитой станции "Восток". После Антарктиды началась серия бесконечных экспедиций, посвящённых поиску загадочного снежного человека - Тибет, необитаемые острова Полинезии, заснеженные чилийские Кордильеры, безлюдные архипелаги северной Канады. Интересно и правдоподобно, надо отдать должное, рассказывал дедуля. Даже всякие чёрно-белые и цветные фотографии демонстрировал, на которых было изображено много разных мужчин и женщин. Демонстрировал и, уверенно тыкая пальцем, охотно пояснял:

- Вот же он, ваш батяня. Смотрит в сторону, обернувшись в пол-оборота.... А это ваша матушка, то есть, моя доченька Наденька. Ей проказник-ветер волосы забросил на лицо...

И только когда брат и сестра перешли в седьмой класс, дедуля, покаянно вздыхая, признался:

- Ваши папа и мамы погибли в автомобильной катастрофе. Причём, очень давно. Когда вам, близняшки, ещё и по годику не исполнилось. Извините, внучки, что врал вам всё это время. Так получилось. Хотел - как лучше.... Где их могилки? Э-э-э.... На дне Ладожского озера. Такая, вот, необычная катастрофа приключилась. Они на машине, в конце марта месяца, поехали на рыбалку, то есть, выехали прямо на лёд и покатили. Хотели добраться до Зеленцов. Это острова такие на Ладоге. Там крупная плотва по весне отлично клюёт. Только, увы, не доехали - машина провалилась под лёд и утонула. Несчастный случай.... Водолазы? Ныряли, естественно, как и положено. Долго и настойчиво ныряли. Только ничего не нашли. Ничего и никого.... Извините меня, пожалуйста, ещё раз. И простите - если, конечно, сможете. Давно хотел рассказать, но решился только сейчас...

Решился, рассказал и расплакался. Простили, конечно, деда. Как же иначе? Единственный родной человек, как-никак. Даже поплакали вместе.

- Я о чём-то таком давно подозревала, - неуклюже размазывая ладошками слёзы по щекам, всхлипывала Валька. - Ещё с четвёртого класса.

- А я с третьего, - вторил ей Евгений.

Они успешно окончили среднюю школу и без особых проблем поступили в Национальный минерально-сырьевой Университет. Романтика позвала? Нет, просто Петровы проживали на Двадцать четвёртой линии Васильевского острова, в пяти минутах ходьбы от упомянутого питерского ВУЗа. Голимый рационализм, не более того.

Поступили, но даже порадоваться, как следует, не успели - дедушка умер: неожиданный инфаркт, уснул и не проснулся. Лёгкая и светлая смерть...

Похоронили, отплакали, помянули. В положенное время вскрыли завещание и, ознакомившись с его содержанием, впали в полный ступор.

- Этого не может быть. Этого не может быть, - в десятый раз перечитывая текс, бормотала - словно заезженная грампластинка - Валентина. - Этого не может быть. Этого не может быть. Этого не может быть.... А, Жека?

- Не может, - заглядывая в бумагу через её плечо, согласился брат. - Но, судя по всему, есть. Здесь же чётко написано: - "Завещаю долю собственности размером 33,33% в квартире, расположенной по адресу...бэм-бэм-бэм, своей дочери Петровой Надежде Васильевне, паспортные данные...бэм-бэм-бэм, в случае, если в течение пяти лет после моей смерти Петровой Надежде Васильевне будет присвоен статус - "дееспособна". В противном же случае указанная доля собственности подлежит распределению - в равных долях - между моим внуком и внучкой...". Получается, Валюха, что наша мама жива. Надо её искать.

- Где?

- Судя по тому, что сейчас она является "недееспособной", в сумасшедшем доме...

Перерыв все бумаги-архивы покойного Василия Михайловича, они нашли картонный светло-коричневый прямоугольник с обтрёпанными от старости краями, на котором значилось: - "Закрытое медицинское учреждение N16/12. Тарховка, 16-ый проезд". На обратной стороне знакомым почерком было начертано: - "Она там".

По указанному адресу ("Тарховка" - это ближайший пригород Санкт-Петербурга, расположенный на берегу Финского залива), присутствовал высокий и надёжный кирпичный забор, оснащённый поверх кладки мотками ржавой колючей проволоки.

В заборе обнаружились солидные тёмно-зелёные ворота - с вмонтированной в правую створку узкой дверью, рядом с которой был закреплён домофон с одной чёрной кнопкой и несколькими короткими вертикальными прорезями.

Женька, меланхолично пожав плечами, неуверенно надавил на кнопку.

- Кто такие? - поинтересовался - из вертикальных прорезей - грубый мужской голос. - Что надо?

- У вас наша мама, - зачастила Валентина. - Петрова Надежда Васильевна...

- Звание? - невежливо перебил голос.

- Чьё - звание?

- Вашей матери, конечно.

- Нет у неё никакого звания. Она сумасшедшая. То есть, страдает психическим расстройством....

- Отставить, - велели прорези. - Вы, молодые люди, ошиблись. Здесь расположен склад военного обмундирования. Есть гимнастёрки, подштанники, кирзовые сапоги, ватники и портянки. А сумасшедших гражданских тётенек, извините, не держим.

- Это - Тарховка, 16-ый проезд?

- Так точно.

- Закрытое медицинское учреждение N16/12?

- Никак нет. Они переехали лет восемь тому назад.

- А куда переехали?

- Не могу знать. Не положено. Всё, молодёжь, свободны. Отбой. Конец связи.

- Эй, дядя! Эй! - заволновалась девушка. - Он что, нас не слышит? Жми, Жека, на кнопку. Жми и не отпускай.

- Не сомневайся. Не отпущу.

- Никак не угомонимся? - рассердился мужской голос. - Вам же русским языком сказано, мол, кругом и отвалите...

- Не дождёшься, дяденька. Мы ребята упрямые.

- Чего надо?

- Пусть начальник выйдет и всё объяснит по-человечески.