Always. It is our Choice (СИ) - Страница 244

– Давайте, профессор, всего один глоток! – не желая признавать очевидного, Гарри надсадно задышал и надавил на подбородок Снегга, насильно смыкая его губы и лихорадочно мечась взглядом по расслабившемуся лицу, чтобы не пропустить каких-либо изменений. Но, не дождавшись их, Гарри стал тихо бормоть себе под нос:

- Ещё не поздно…Я успел! Не мог не успеть! Я успел…успел…

- Ну же, профессор! – с замиранием сердца тоже зачем-то стала уговаривать неподвижного Снегга Грейнджер, а потом начала делать ему массаж сердца, надеясь разогнать по венам спасительное зелье и нейтрализовать яд Нагайны.

Гарри мысленно отсчитывал секунды, широко расширенными глазами наблюдая за тем, как Гермиона изо всех сил надавливает скрещенными ладонями на грудь безвольно раскинувшегося Снегга. О том могло ли зелье Фламеля вообще помочь от такого рода ранений или только от тёмномагических заклятий; и когда – до или после – стоило его стоило принимать и в каких дозах – Гарри, как обычно, задумался только сейчас… И, вообще…Драко, наверняка, пришёл бы в ужас от его опрометчивого обращения с подобного рода эксклюзивным зельем! «Нет! Пожалуй, о Драко лучше было вообще не думать…» Гарри сглотнул. Он убрал руку с подбородка Снегга и как-то нерешительно потряс его за плечо, всё ещё отчего-то надеясь на чудо...

- Про…фессор..? – глухо позвал его Гарри, но затем прочистил горло и повторил уже громче: – Профессор Снегг?!

Из уголка приоткрывшегося рта Снегга стало медленно вытекать обратно зелье... То самое зелье, которое с таким трудом досталось Дамблдору, и которое сам Гарри мысленно охарактеризовал, как свою «последнюю надежду»… Словно тоже омертвев, Гарри неподвижными глазами наблюдал за тем, как это бесценное зелье, капая на плечо Снегга, безвозвратно исчезало, впитываясь в чёрную ткань его мантии багряными пятнами… Выдохшись и оставив, в конце концов, попытки реанимировать Снегга, Гермиона со всхлипом, расстроенно осела на пятки.

- Нет! Нет… – задушено твердила она, неверяще мотая головой из стороны в сторону, а затем спрятала лицо в ладонях и заплакала в голос.

Несмотря на все их усилия, Северус Снегг больше не шевелился.

====== Глава 31. «Воспоминания Северуса Снегга» ======

- Профессор… – задушенно позвал Поттер.

Но Снегг не шелохнулся. И в этот момент в груди у Гарри будто бы что-то оторвалось и сломалось. Он не сожалел о том, что потратил на Снегга целый пузырёк с драгоценным зельем и собственноручно лишил себя той самой «последней надежды», на которую уповал все прошлые дни. Нет, худшим из всего случившегося стало для него то, что всё это оказалось зря… Что он не смог помочь, а просто смотрел, как чужая жизнь утекала сквозь его пальцы вместе с кровью из рваной раны на шее... Но ведь зелье должно было сработать!? Как-то же оно должно было оживить и его самого?! Должно было вернуть его…к Драко!? В отчаянии Гарри сгрёб в кулаки плотную ткань мантии Снегга, хватая его за грудки.

- Давайте! Дышите! – надломленным кричащим шёпотом приказывал Снеггу он. – Ну же! Ну!?

Гарри почувствовал, как от скопившейся во рту горечи уже начинает сводить скулы и нестерпимо щиплет глаза, но он упрямо шмыгал носом и сильнее сжимал в пальцах чужую мантию. Он будто бы обезумел, срываясь в истерику, и начал трясти безвольное тело Снегга, словно тряпичную куклу, крича в его застывшее, умиротворённое лицо:

- ДЫШИТЕ, ПРОФЕССОР! ДЫШИТЕ! – Гарри на секунду умолк, но только для того, чтобы, скрежетнув зубами, набрать полные лёгкие воздуха и почти зарычать:

- ОТКРЫВАЙТЕ ГЛАЗА! НЕ СМЕЙТЕ УМИРАТЬ! БОРИСЬ, ТЫ, ТРУС! ДАВАЙ ЖЕ, ДАВАЙ!

Но всё было бесполезно. Жизнь покинула это тело. Навсегда.

- Гарри, перестань! Прекрати! Не надо! – кричала на него Гермиона, пытаясь перехватить его руки и расстраиваясь ещё больше, когда у неё это не получалось. – Не надо…оставь. Оставь его! Он…мёртв.

«Мёртв…» – жутким эхом пронеслось в голове Поттера, и, подняв дыбом все волоски на его теле, будто бы ввело его в состояние перманентного шока. Крошечная, слабая надежда, что Снегг вот-вот сделает глубокий вдох, едва приподняв несмело голову, поникла и свернулась обратно в беспомощный клубочек где-то на самом дне души Гарри… Всё было кончено. Зелье не сработало. Снегг погиб, так и не выдав Волан-де-Морту всей обличающей истины, не выдав его – Гарри. Умер за того самого Гарри Джеймса Поттера, которого всю жизнь ненавидел, как и его отца. Почему?! Неужели Дамблдор был прав на его счёт?! Но ведь…это же…невозможно! Эта смерть… – Гарри опустил взгляд на свои окровавленные руки – …и кровь Снегга навсегда останется на его совести. Ляжет ещё одним грузом на сердце, как и смерти всех тех, кто уже отдал свои жизни, чтобы он дожил до этого дня; как и чувство вины перед всеми теми, кто сейчас погибал за него в замке… Гарри слышал, что где-то сбоку, уже успокаиваясь, громко всхлипывала Гермиона. Он не понимал, почему она была настолько опечалена смертью Снегга, но, честно говоря, был сейчас не в том состоянии, чтобы всерьёз задаваться подобными вопросами или анализировать чужое душевное состояние. В ушах Гарри всё ещё звучал слабый шёпот Снегга: «Прости…», усиленный в стократ мощным стуком его собственного сердца. Разжав, наконец, одеревеневшие пальцы, Гарри наскоро утёр свои покрасневшие и припухшие от пыли и слёз глаза, ещё больше испачкав лицо, уже не только своей, но и чужой кровью. А затем протянул руку к разметавшимся вокруг головы Снегга волосам и, отведя со лба чёрные пряди, всмотрелся в его мертвенно-бледное лицо. И поразился тому, насколько моложе казался Снегг, когда каждая его чёрточка была расслабленна и спокойна, а не искажена презрительно-мрачным выражением, которое Гарри наблюдал на его лице всякий раз при встрече. Кровь Снегга, покрывавшая руки и лицо самого Гарри, смешавшись с пылью и грязью, уже начинала засыхать, стягивая его кожу неприятной тёмно-бурой коркой. Но сейчас это обстоятельство беспокоило его меньше всего… Он прижал ко рту сжатый кулак и, с шумом втянув носом воздух, зажмурился. Гарри с Гермионой всё ещё стояли на коленях возле Снегга, в луже чужой крови, просто глядя на него, когда совсем рядом зазвучал высокий холодный голос. Поттер тут же вскочил на ноги, крепко сжимая в пальцах флакон с воспоминаниями мёртвого профессора, уверенный, что это Волан-де-Морт вернулся в хижину. Голос Волан-де-Морта разносился от стен и пола, и Гарри, наконец, понял, что Тёмный Лорд обращается к Хогвартсу и его окрестностям, чтобы обитатели Хогсмида, и уцелевшие защитники замка слышали его так ясно, будто он стоит рядом с ними, дыша им в спину и готовясь нанести смертельный удар.

- Вы храбро сражались, – говорил этот голос. – Лорд Волан-де-Морт умеет ценить мужество. Однако вы понесли тяжёлые потери. Если вы будете и дальше сопротивляться мне, вы все погибните один за другим. Я этого не хочу. Каждая пролитая капля волшебной крови – утрата и расточительство. Лорд Волан-де-Морт милостив. Я приказываю своим войскам немедленно отступить. Я даю вам час. Достойно проститесь с вашими мертвецами. Окажите помощь вашим раненым.

А теперь я обращаюсь к тебе, Гарри Поттер. Ты позволил друзьям умирать за тебя, вместо того, чтобы встретиться со мной лицом к лицу. Весь этот час я буду ждать тебя в Запретном лесу. Если по истечении часа, ты не явишься ко мне и не отдашься в мои руки, битва начнётся снова. На этот раз я сам выйду в бой, Гарри Поттер, и отыщу тебя, и накажу всех до единого: мужчин, женщин и детей – всех, кто помогал тебе скрыться от меня. Итак, один час. Гермиона яростно замотала головой, всё ещё сжимая в своей ладони холодную руку Снегга.

- Не слушай его, Гарри! Всё обойдётся. Раз он отправился в лес, нам просто… – она перевела взгляд на лицо профессора, но тут же отвернулась, чтобы не расплакаться вновь, – …просто нужен новый план.

Гарри ничего не ответил. Только сдержанно кивнул и заставил себя подняться на ноги, потянув за собой и расстроенную Гермиону. В последний раз взглянув на тело Снегга, Гермиона торопливо нырнула обратно в тоннель. Гарри тоже задержал взгляд на бледном спокойном лице. Он сам уже не понимал своих чувств. Всё так смешалось в эти несколько ужасных мгновений… В полном молчании они поползли обратно по тоннелю, покидая последнее пристанище Северуса Снегга. Интересно, думал Гарри, отдаются ли непрерывным эхом слова Волан-де-Морта в головах остальных, как в его собственной? «Ты позволил друзьям умирать за тебя, вместо того чтобы встретиться со мной лицом к лицу... Весь этот час я буду ждать тебя в Запретном лесу… Один час…» Лужайка около замка была, как будто усеяна свёртками. До рассвета оставалось, навскидку, около часа, однако тьма стояла кромешная. Северное крыло Хогвартса лежало в руинах. Гарри с Гермионой бежали к каменным ступеням. На дороге валялся одинокий башмак размером с небольшую лодку – и больше никаких следов Грохха или его противника. В замке было неестественно тихо. Ни огненных вспышек, ни выстрелов, ни стонов, ни криков. Гарри с немым ужасом озирался вокруг. Некогда могучие и неприступные стены были полуразрушены, повсюду разбросаны выбитые, развороченные перекладины и расколотые булыжники древней кладки. На каменном полу в опустевшем вестибюле виднелись пятна крови. Изумруды слизеринских песочных часов раскатились по всему помещению вперемешку с осколками мрамора и щепками. Часть лестничных перил была снесена.