Always. It is our Choice (СИ) - Страница 20

- Драко, – благоговейно выдохнул Гарри прямо в его розовые, с готовностью приоткрытые, губы. Он счастливо улыбался и сейчас абсолютно не понимал: почему раньше никогда не называл его по имени?! Ведь оно у него такое…красивое, необычное, величественное и нежное одновременно…

- Драко! Дра… – но его мантру бесцеремонно прервали прямо на полуслове и заставили замолчать самым сладким и долгожданным способом!

Медленно склонившись к лицу Гарри, Драко уже смелее накрыл чужие губы своими, но движения его всё равно были слишком осторожными и робкими, словно он всё ещё опасался чего-то и старался не терять контроль над собственными сокровенными желаниями. Гарри отчётливо ощущал, как сердце, отнюдь не Холодного Слизеринского Принца, мощно выстукивало быстрое и отрывистое стаккато в груди Драко. Как его собственное, толкаясь и вырываясь наружу, бешено качало и разгоняло горячую кровь, затуманивая разум при каждом робком прикосновении, сбивчивом выдохе Драко и одурманивающем запахе его тела. Гарри казалось, что он безошибочно знал, что сейчас чувствовал Драко, потому что его собственные ощущения от их почти невинной близости были именно такими! Гарри расплёл их пальцы и замер, поднеся руку к его лицу. Он будто спрашивал взглядом разрешения, неотрывно глядя в глубокие серые глаза. Вместо ответа Драко смущённо опустил веки и едва заметно приподнял уголки губ, прильнув пылающей щекой к его ладони. Мягко проследив подушечками пальцев одной руки плавную линию скулы Драко, Поттер скользнул ими под аккуратное, мило порозовевшее ушко, задевая большим пальцем холодную, мягкую мочку, и слегка надавил на заднюю часть его шеи. С удовольствием запутавшись в шелковистых, лёгких, как пёрышко, волосах, чувственно перебирал их настойчивыми пальцами на затылке, выводя на коже какие-то незатейливые узоры, а другой рукой, не в силах остановиться, бережно водил вдоль его расслабившейся спины. Осторожные ласки вскружили Малфою голову, заставляя забыть об окружающей их обстановке и выпасть из реального времени, но ему показалось этого катастрофически мало – не такой уж он был и хрустальный! Уперевшись локтями по бокам от головы Гарри, он сам впился в его губы и, повинуясь давнему желанию, с несдержанным тихим стоном, больно вцепился в растрепанные, торчавшие во все стороны, чёрные волосы. Теряя голову от умопомрачительного запаха Драко, нежности его алебастровой кожи и сладости дыхания, Поттер мгновенно подхватил его настрой. Перенимая друг у друга инициативу, их поцелуй, из неумелого и робкого, очень быстро превратился в голодный, жаркий и страстный. Нежно покусывая и посасывая неожиданно настойчивые губы Малфоя, Гарри с глухим рыком вновь и вновь проникал своим языком в его горячий, влажный рот и никак не мог насытиться его вкусом. Чутко отзываясь на ласку, Драко позволил чужим рукам хозяйничать и изучать своё стройное тело через ткань школьной мантии, и сам, расслабившись, опустился на бёдра Поттера. Затерявшись где-то в этом сумасшедшем удовольствии и, с энтузиазмом отвечая на поцелуи, он бесконтрольно заёрзал на нём, плавно соскальзывая ниже, и даже не заметил, как чувственно проехался по выпуклому бугорку на его брюках.

- Мммкх, – резко дёрнувшись, Гарри сдавленно простонал ему в рот и, втянув со свистом воздух, с досадой разорвал их поцелуй. Крепко зажмурившись, он изо всех сил обхватил обеими руками спину Драко, молча предупреждая…и нехотя останавливая. Уткнувшись в его лоб своим, Поттер громко и возбуждённо дышал прямо в зацелованные губы, борясь с внезапно нахлынувшими на него, очень смелыми желаниями.

- Драко… Я… – он запнулся, переводя дух и любуясь мягкой, понимающей усмешкой Малфоя. – Мне…

- Поттер! – послышался откуда-то из темноты обеспокоенный голос декана Гриффиндора Минервы МакГонагалл.

Гарри даже не успел сделать вдох, как Малфой, с прыткостью дикой кошки, шарахнулся от него на добрых три метра в сторону, оставив после себя лишь холод ночного воздуха и пустоту. Поттер несколько оторопело заставил свой, расплывшийся от удовольствия, разум вернуться с небес на землю, и повернул голову в бок, силясь разглядеть быстро приближающиеся к ним, мелкие фигуры. Первой его достигла МакГонагалл, в ночном белом чепчике с крупными рюшами, и дрожащим Люмосом на кончике волшебной палочки. Она подобрала полы, наброшенной поверх длинной ночной сорочки, клетчатой мантии и опустилась рядом со своим учеником на траву, встревожено осматривая его.

- Поттер! О, Мерлин! – в испуге лепетала она. – Что с Вами?

- Вроде всё…в порядке… – ответил ей Гарри и попытался приподняться, но тут же зашипел, когда в боку что-то сильно резануло, а левую ногу даже свело от боли в районе щиколотки.

- Не двигайтесь, Поттер, – МакГонагалл мягко упёрлась ладонью ему в плечо, укладывая обратно на траву. – Сейчас подойдёт мадам Пом…

- Нет. Драко, – ища его глазами, Гарри снова безуспешно попытался встать, но, странным образом «молчавшая» до этого боль, лишь усиливалась с каждой секундой. Сдавшись, он стукнулся затылком о землю и зажмурил глаза. Совершенно не понимая, как можно было не заметить последствий их совместного падения сразу, Гарри сглотнул и умоляюще попросил:

– Профессор… Драко! Ох… Посмотрите, как там Малфой?

- Мистер Малфой…тоже с Вами? – МакГонагалл удивлённо округлила глаза и заозиралась, рассекая темноту ярким огоньком Люмоса. Завидев фигуру слизеринца, который лежал чуть поодаль на боку, с наброшенным на голову капюшоном, и тяжело дышал, она в панике бросилась к нему.

– Пресвятая Моргана! Мистер Малфой! – МакГонагалл оглянулась и, посмотрев в сторону Хогвартса, крикнула: – Северус! Мадам Помфри! Сюда, скорее сюда!

Осторожно сняв с него капюшон, МакГонагалл незаметно выдохнула, не увидев открытых ран или крови. Драко лежал смирно, не издавая ни звука, если не считать его шумных вдохов-выдохов, и не сводил широко раскрытых глаз с Поттера. Вскоре подоспела мадам Помфри с носилками, и пострадавших отлевитировали в Больничное крыло. Оперативно проведя все необходимые обследования, целительница объявила профессорам и пациентам своё заключение:

- Ничего страшного. Хвала Мерлину, что юноши получили лишь незначительные травмы. У мистера Поттера сильный ушиб левой лодыжки и ещё несколько трещин в рёбрах. А у мистера Малфоя слабое сотрясение мозга, вывих плеча и растяжение некоторых мышц.

МакГонагалл тихо ахнула и, насупившись, поджала губы, собрав вокруг них глубокие борозды морщинок. А вот Снегг, спокойно стоявший всё это время у изножья кровати гриффиндорца и нечитаемым взглядом смотревший на учеников, вообще сделался мрачнее грозовой тучи.

- Не волнуйтесь. С ними всё будет хорошо! Уверяю Вас. Сейчас мальчики немного дезориентированы, но это последствия шока. К утру я их подлатаю, и они смогут вернуться к себе.

Бросив на Поттера нечитаемый, хмурый взгляд, профессор Снегг подошёл к койке Драко. Повернувшись спиной к Поттеру и чеканя каждое слово, зельевар заговорил настолько тихим и низким голосом, что даже не видя его лица, Гарри безошибочно различил в его тоне тщательно сдерживаемую ярость и негодование.

- Можете даже не сомневаться, мистер Малфой: подобная выходка не останется незамеченной. Боюсь, как раз таки для ВАС,- он намеренно сделал на этом акцент, слегка дёрнув чёрными бровями, – она будет иметь самые, что ни на есть, серьёзные последствия… Завтра же утром, я намерен сообщить о случившемся Вашему отцу!

- Но… Профессор! – с лица Малфоя моментально схлынула вся краска от какого-то первобытного страха перед отцовским гневом. Он вцепился бледными пальцами в своё одеяло и дёрнулся к Снеггу, норовя привстать или хоть как-то остановить его. Только что перебинтованное плечо незамедлительно отозвалось болью, и Драко, выкатив глаза, открыл рот в немом крике.

- Мистер Малфой, – тут же засуетилась целительница, отодвигая от него декана. – Сейчас же ложитесь обратно! Вам ещё рано вставать!

- Извините, – обратилась она к преподавателям, – но молодым людям нужен отдых, покой и крепкий сон. Я уверена, что все разговоры могут подождать до завтра.