Альпийская баллада - Страница 39

потребуется значительно больше усилий, чтобы встать. Вдруг уже возле самой тропы сильный порыв ветра стеганул по лицам снежной крупой и так ударил в грудь, что они задохнулись. Джулия упала.

Иван попытался помочь ей подняться, взял девушку за руку, но она не вставала, закашлялась и долго не могла отдышаться. Наконец, сев на камень, тихо, но твердо, как об окончательно решенном, сказала:

- Джулия финита. Аллее! Иван Триесте. Джулия нон Триесте.

- И не подумаю.

Иван отошел в сторону и тоже сел на выступ скалы.

- А еще говорила, что коммунистка, - упрекнул он. - Паникер ты!

- Джулия нон паникор! - загорячилась девушка. - Джулия партыджано.

Иван уловил нотки обиды в ее голосе и ухватился за них. "Может быть, это растревожит ее", - подумал он.

- Трусиха, кто ж ты еще?

- Нон трусиха, нон паникор. Силы мале.

- А ты через силу, - уже мягче сказал он. - Знаешь, как однажды на фронте было? На Остфронте, куда ты собиралась. Окружили нас немцы в хате. Не выйти. Бьют из автоматов в окна. Кричат: "Рус, сдавайсь!" Ну, комвзвод наш Петренко тоже говорит: "Аллес капут". Взял пистолет и бах себе в лоб. Ну и мы тоже хотели. Вдруг ротный Белошеев говорит: "Стой, хлопцы! Застрелиться и дурак сумеет. Не для того нам Родина оружие дала. А ну, говорит, - на прорыв!" Выскочили мы все в дверь, да как ударили из автоматов и кто куда - под забор, в огороды, за угол. И что думаешь: вырвались. Пятеро, правда, погибли. Белошеев тоже. И все же четверо спаслись. А послушались бы Петренко, только бы на руку немцам сыграли: никого и стрелять не надо, бери и закапывай.

Джулия молчала.

- Так что, пошли?

- Нон.

- Ну какого черта? - весь дрожа от холода, начал терять терпение Иван. - Замерзнешь же, глупая. Стоило убегать, столько лезть под самое небо?

Она продолжала молчать.

- На кой черт тогда они себя подорвали! - сказал он, вспомнив погибших товарищей. - Надо, чтоб хоть кто-нибудь уцелел. А ты уже и скисла.

Он вскочил, чувствуя, что насквозь промерз на ветру, зашагал по тропе на сером снегу отпечатались темные следы его босых ног. Хорошо еще, что не было мороза, иначе им тут верная смерть. Минуту спустя он решительно остановился напротив Джулии.

- Так не пойдешь?

- Нон, Иван.

- Ну, как хочешь. Пропадай, - сказал он и тут же потребовал: - Снимай тужурку.

Она слабо зашевелилась, сняла с себя тужурку, положила ее на камень. Потом сбросила с ног колодки и поставила их перед ним. Иван застывшей ногой отодвинул колодки в сторону:

- Оставь себе... В лагерь бежать.

А сам напялил на широкие плечи тужурку, запахнулся, сразу стало теплей. Он чувствовал, что между ними что-то навсегда рушится, что нельзя так относиться к женщине, но у него теперь прорвалась злость к ней, казалось, будто она в чем-то обманула его, и потому невольно хотелось наказать ее. Мысленно выругавшись, он, однако, почувствовал, как нелегко уйти, расставание оказалось до нелепости грубым, хотя он старался заглушить все это злостью. ИОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com