Алая жемчужина (СИ) - Страница 43

- Попробуем.

- Паруса убрать! – прокричал боцман, следуя указанию капитана.

Аметист Ланца снова мерцал, готовый в любой момент подхватить управление, но бывший пират не рисковал лезть. Слишком опасным выходил путь. Капитан хмурился, с сомнением косясь на напряженного «проводящего», развернувшего бриг носом к иглам и двинувшего его вперед, в первый узкий, едва шире борта, лаз между остриями. Они с Карлосом негромко обсуждали что-то, Кин не мог и не хотел слушать. Сейчас все внимание занимал корабль и течение под ним. Песня усилилась, требуя немедленно все бросить и слушать, остаться и раствориться в боли и забвении.

Бриг качнуло – ближайшее лезвие заскребло по доскам. Охранка взбрыкнула, едва не выворачиваясь из рук. Салокин прижал крепче и почувствовал, что кварц, все же не выдержав издевательств, сломался пополам.

Поймав кусок в руку, Кин сбросил его в воду и затеплил жемчужину. «Илль» тут же успокоился и перестал плясать. Песня испуганно отдалилась, и бриг медленно, изящно лавируя, двинулся между иглами.

Ланцео удивленно вздернул брови, даже свесился через борт, едва успев дернуться назад от острия иглы. Боцман что-то снова зашептал ему, активно жестикулируя и кивая на каюту, потом вовсе выудил из-под рубахи мятую карту. Капитан скривился, но все же кивнул согласно. Развернувшись на каблуках, он ушел на нижнюю палубу и спустился в трюм.

Плотно стоящий частокол игл прошел справа – бриг вырулил по самому крайнему течению, так близко к границе Дороги, что любой мог рассмотреть ее похожие на стенки тоннеля призрачные очертания. Через серую мутную дымку проглядывала чистая вода и непонятные острова – то ли реальные, то ли навеянные обманчивым туманом, как мираж в пустыне – небо и пухлые облачка. Казалось бы, протяни руку и ты окажешься там, под солнышком. Кин очень не завидовал осмелившимся это сделать.

Из серой, покрытой ряской воды высунулась тонкая игла. «Илль» шел прямо на нее и лавировать уже некуда. Соседнее течение само подставило свою ленту, мягко подняло бриг выше, покачав в ладонях, и перекинуло дальше. К предпоследней череде каменных стражей. Кин уже не стал удивляться.

Мимо метнулся Карлос, заскочил в каюту капитана, выбежал обратно с ворохом тряпок. Бриг вилял змейкой. Позади раздался грохот – стена скал врезалась в иглу и та, треснув во второй трети, рухнула в воду. Скала на миг замешкалась и ринулась вперед еще быстрее, перемалывая костяные ребра, расчищая себе путь.

- Придется сойти, – сам себе повторил Кин.

- Мастер, мы сможем? – юнга загипнотизировано пялился вдаль, в клубившуюся, ставшую молочной туманную дымку.

- Сможем, Мани, сможем, – сквозь сжатые зубы ответил «проводящий», бриг последний раз резко вильнул и выскочил в широкую полосу чистого течения.

Справа замаячил разрыв – кусок полотна дороги треснул, как старая простыня. Салокин развернул корабль, направив точно в прореху. Дорога вздыбилась волнами, вздохнула и выпустила их в чистый океан.

- Кин, ты как? – шепот был не в голове, а рядом, и «проводящий», на миг забыв про тошноту и головокружение, обернулся.

Наилли, в великоватой одежде Ланца, стоял в нескольких шагах от него. Бледный, с мокрой косой, но на ногах, свободно на палубе… карман штанов тяжело оттягивало вниз, тонкая цепочка выглядывала из-под края рубахи. Капитан удовлетворенно улыбался, оглядывая сияние красок и солнца. После Дороги сирен приветливым казался даже ощетинившийся изгрызенный берег Малахитовых скал.

- Добрались, слава всем борделям Контраттоса, – Карлос стащил шляпу. – Молодец, парень! Не подвел! Шкипер, отлично. Дай «проводящему» передохнуть, дальше мы сами, по старинке. Шевелитесь, сонные клуши!!!

Салокин обессиленно сполз на доски, привалился спиной и вытянул ноги. Наилли присел на корточки, но Ланцео тут же дернул его за руку.

- Идем, Илль, «проводящему» надо отдохнуть и отоспаться. Не бойся, бриг пойдет сам или я подхвачу.

- Но…

- Идем, я сказал, – капитан силком потащил юношу прочь.

Кину оставалось только бессильно скрипеть зубами.

Все-таки Наилли рассказал бывшему пирату, что может превращаться даже в океане. Голова раскалывалась от боли. Непривычно мирный плеск заставлял вслушиваться, ища эхо песни. Мимо пронеслась обычная живая чайка, истошно прокричала в высоте и повернула к берегу. Команда, ожившая на свежем воздухе, усиленно суетилась, выполняя приказы боцмана. Даже Мани повеселел и шустро сновал между палубой и кубриком, что-то вытаскивал из трюма.

Кин осторожно оттянул ворот – на цепочке висел обломок оправы медальона. Кварц изошел мелким песком. Жемчужина тлела ласковым угольком. Теперь ход за Ланцео. А его задача выспаться и быть готовым к любому исходу. Наплевав на все, Кин спустился в трюм, забрал шерстяное одеяло и свернулся в углу, мгновенно провалившись в глубокий сон.

====== Часть 14. Погоня ======

Охранка недовольно вскинулась, натянулась, сообщая хозяину, что кто-то покушается на ее целостность. Не открывая глаз, Салокин подобрал «поводья» и едва не выпустил, получив по рукам фиолетовой вспышкой. Пока он спал, Ланцео поставил дублирующие основные узлы аметисты, не тронув амулеты, только охранку, окружив бриг своей собственной схемой. Умело, ловко и со знанием дела. Выругавшись, «проводящий» аккуратно подобрал «поводья», слегка встряхнул и накрыл сразу обе схемы. Чужая воспротивилась на мгновение, а потом послушно откликнулась. Кин выдохнул. При случае, он все равно сможет перехватить управление «Иллем».

Бриг миновал Малахитовые скалы, не сделав остановки, и теперь шел прямым курсом на запад, рассекая свободную акваторию. Они не отклонились от курса, не свернули на юг, даже миновали предполагаемую точку встречи с «Любовником моря». Ланцео поменял свои планы?

С трудом расправив затекшие конечности, Кин потянулся. Трюм пустовал, как вымер. Густой солнечный свет окрасился алым, закатное солнце почти скатилось за синюю кромку чистого горизонта. Над ними вставала бледная пугливая луна со срезанным краем.

- Выспался, мастер? – боцман, как всегда, с сигарой и в шляпе, подхромал ближе. – Молодец. Идем на всех парусах, капитан ведет, потому что Имс куда-то делся. Паренька не нашли на всем судне, не иначе, как за борт свалился еще на Дороге. Ты не слышал?

- Нет, – Кин спокойно встретил прищур глаз старика, выдержал, не поморщившись, и зевнул.

- Да не дрейфь, – усмехнулся Карлос. – Даже если ты его выкинул, верю, что за дело. Не нужен он больше. Кстати, у меня к тебе деловое предложение, старпом. Слышь, нет?

Салокин настороженно кивнул. Боцман поскреб шею, покосился на запертую, как обычно, каюту капитана, собираясь с мыслями.

- Ты мне нравишься, – сообщил он Кину, хлопнув его по спине. – Таких проводящих днем с огнем хрен еще когда найдешь. Кусок Дороги отмахать с такой скоростью, да на простом камешке, это дорогого стоит. Контракт у тебя хороший, но… я замолвил за тебя словечко перед шкипером. Контракты матросни заканчиваются у Малахитовых скал, только твой до Самшитового города, но и в нем есть лазейка. Можно бумажонку аннулировать прямо за красивыми зелеными горами, которые мы как раз миновали. Видел губернаторского сыночка на борту?

- Угу.

- Вот тебе и «угу», из-за него весь сыр-бор. Ты-то знаешь, кто он, поэтому первый кандидат на корм рыбам. Дальше объяснять?

- В общих чертах, я понял. От меня что требуется?

- Вести дальше, куда скажут, не лезть под руку шкипера и не замечать странностей вокруг. Осилишь?

- Вполне, – равнодушно пожал плечами, Кин. – Монетку накинете?

- А то! – радостно осклабился боцман. – Говорил шкиперу, что ты умный малый. Накинем, накинем. Теперь о главном.

Карлос махнул рукой на северо-восток, сунул потрепанную подзорную трубу.

- Видишь во-о-он тот кораблик, мастер?

Кин присмотрелся. Ровно за ними, закладывая хищную дугу, пристраивался крупный фрегат с алыми флагами Контраттоса на мачтах. «Проводящему» очень не понравилась скорость, с которой фрегат их догонял.