Алая жемчужина (СИ) - Страница 26
Выждав довольно долго, Кин постучал в дверь.
– Да! – рявкнул Ланцео. – О, мастер. Отвратительно выглядишь, но я видел корабль.
Капитан пару раз хлопнул в ладони.
- Великолепно. Работа безупречна. И я не почувствовал ни камня медальона, ни отклонений от стандартов. Идеально. Любой впишется в такую схему, пусть и рисково.
Салокин не стал озвучивать, что именно такого эффекта и добивался. В схему не впишется никто, кроме него или обладающего все той же океанической жемчужиной. Если белой – сложновато, если черной – наверняка. Красная – снесет все к чертям и установит свой порядок.
- Спасибо. Нужно еще немного для окончательной настройки и…
- Отходим послезавтра. Надеюсь, завтрашнего дня достаточно, нет – достроишь в открытом океане. Много охраны в порту и так пустило кучу слухов. До западного побережья дойдем, там посмотришь все еще раз. Недели хватит?
Кин, скрывая недовольство и разочарование, кивнул. Ланцео прикурил сигариллу, задумчиво выпустил дымок и прищурился сквозь него. Несмотря на ссору с губернатором, капитан оставался в отличном настроении, уверенный в своих действиях и успехе.
- Вот и славно. Отдыхай, сходи выпей, проветрись. Скоро кругом будет только вода. Если есть с кем в городе прощаться – не трать время. Пойдем сразу с запада. По прямой до Гиблого, мимо фронта шторма. Со скоростью «Илля» успеем проскочить.
- «Илля»?
- Да, пора нашему мальчику обрести имя, м? – Ланц дотянулся до столика и сунул Кину рисунок именного навеса: такие делались на корабли, если при «рождении» на верфи ему не давали имя. – «Илль», на востоке так называют западный ветер, приносящий перемены. Вполне подходит. Как бы Карлос не хотел видеть бриг девкой. Кривишься, мастер? Привык, что у кораблей бабские имена? У моих – нет.
- Подходит, – Салокин пожал плечами, возвращая рисунок. – «Илль» так «Илль». Я могу распоряжаться своим временем до отплытия?
- О, разумеется, – капитан широко повел рукой. – Хоть утопись три раза, хочешь в бутылке, хочешь в портовом заливе. Мне плевать. Но с первыми лучами солнца послезавтра должен быть свеженьким на палубе. Иначе, богом клянусь, стащу даже со шлюхи и голожопым приволоку на корабль.
В дверь тихонько поскреблись. Ланцео подорвался, туша сигариллу и подбираясь как перед атакой. В комнату вошел Наилли в обычном домашнем виде: босой, в широкой светлой рубахе, раскрытой по вороту, и коротких бриджах. На щиколотках и запястьях звенели браслеты, шею обвивало сложное ожерелье, какие носили восточные варвары – сплошная полоса, обрамленная мелкими изящными подвесами.
- Помешал? – юноша вопросительно выгнул брови, замирая у кромки ковра.
- Нет, мастер уже уходит, – Ланцео пронзил Кина холодным взглядом. – Садись. Налью тебе сока и поговорим.
Салокин наклонил голову. Миновать Наилли, не коснувшись, оказалось очень тяжело. Еще тяжелее оказалось оставить его наедине с Ланцео, но подслушивать «проводящий» не стал. Велика вероятность услышать то, что окончательно доконает.
Вернувшись к себе, по пути выпросив у Сары плотный ужин и корзинку яблок, Кин достал карты. Курс вдоль запада его не волновал – там прошел бы с закрытыми глазами и подмастерье.
До свободной акватории путем немногим больше недели. До Гиблого – примерно столько же по чистому океану. Если «Любовник моря» покинет порт сегодня, они впрямь могут состыковаться в точке открытой акватории примерно через две, две с половиной седмицы. При условии, что «Иль» – имя брига немного резало, стоит поднапрячься и привыкнуть – сойдет с Дороги Сирен. Но акватория огромна, не зная точных координат, не рассчитать время и место. Единственная возможность выжить – удержать бриг на пути, не дать ему выйти в обычную воду. Перехватить «поводья» Ланцео не сумеет. Аметист не соперник жемчугу. Но что потом? Прятаться до конца дороги? Взбешенный провалом капитан натравит на него всю команду, они перевернут корабль вверх дном. Это не материк. Продержаться до ближайшего острова или скалы и спрыгнуть, надеясь на удачу? Контракт к тому времени будет нарушен другой стороной, освободив от договора. Добраться, отсидеться и ждать оказии выбраться. Кин принялся высчитывать погрешности, при которых он мог бы вильнуть на пути, оказавшись поближе к скупой цепочке островов. Придется держать Имса как можно дальше. Придумать причину не подпускать его после Гиблого к схеме. Пусть Ланцео его отвлекает и занимает. Сам капитан, пока не попытается вклиниться в управление, не догадается, как сильно они забрали к востоку.
Просчитав несколько возможных вариантов и запомнив основные ориентиры, Кин покосился на тикающие стрелки. Прошло полтора часа. Интересно, Наилли все еще у Ланца? Память не к месту подсунула сцену их «знакомства», выгибающегося под ласками Ланцео Наилли, его широко распахнутые глаза, затянутые ртутной мутью удовольствия, изогнутая до предела спина и напряженные руки. Его вздохи и стоны… чужие руки, крепко держащие.
Салокин со вкусом выругался. Не думать, не думать, не думать! Ревность только отравит последние дни. В конце концов, они ничего друг другу не обещали… некогда было обещать.
- У тебя вид, будто ты на морского ежа сел, – хихикнул Наилли, неожиданно появляясь и умащиваясь под бок.
Салокин без слов притянул его к себе, срывая одежду и выискивая чужие следы на белоснежной коже. Ожерелье юноша снял и с удовольствием открыл шею для крепких укусов-поцелуев, отвечая на грубоватую ласку. Кин поставил его на колени, придавив ладонью поясницу, заставив прогнуться и раскрыться. Юноша опустил голову, ложась на локти, стоило только в него войти. Кин глухо рыкнул, бережно подхватил под плечи и подтянул спиной к груди, сам опрокинувшись назад. Наилли уперся в его колени, задавая темп. На спине проступили маленькие капельки пота. Салокин стирал их ладонью, заставляя любовника двигаться мягче и глубже, пока тот не кончил с легким вскриком.
- Я упросил отца отпустить меня в Вилла-Рояль,- успокоившийся Наилли стащил яблоко и вытянулся у Салокина между ног, опираясь локтем на живот и хитро поглядывая из-под растрепавшейся шевелюры – Кин опять распустил его косу, разворошив ало-медные локоны. – На запад… поэтому и пришел к Ланцу, обсудить плаванье. Так что скоро снова увидимся.
- Ты поплывешь с нами? – обрадованно уточнил Кин.
- Нет, – юноша с преувеличенным интересом захрустел красным плодом. – Но это неважно. Если будет возможность, попроси поселить тебя в южном крыле, дальнем от океана. Там попроще, но эта часть дома самая уединенная. Отец тоже будет, позже. Ланц за ним вернется, а пока губернатор останется здесь, в столице, отвлекать внимание. А что это у тебя?
Кин удивленно сморгнул, не сумев повернуть так резко на смене темы. Наилли ухватил кофр жемчужины, с любопытством вертя его в пальцах.
- Оберег. Подарил торговец камнями. Вроде как процент от крупной сделки. Я ему заказ – он мне комплимент.
- Хорошенький комплимент, хрусталик, – юноша покатал подвеску по груди и вдруг нахмурился. – А ожог ты ничем не мазал еще и намочил? Красавец!
- Не болит, – Кин перехватил запястье, развернул ладонь вверх и поднес к губам. – Так что там с Вилла-Рояль? Мы будем одни?
- О да, – Наилли мечтательно закатил глаза. – Одни пару дней точно. Нравится идея?
Салокин ответил без слов, продемонстрировав, насколько ему нравится эта идея.
Юноша ушел под утро, едва Кин задремал. Только почувствовал, что кровать опустела, плечу стало легко и холодно. Перед сном Наилли предупредил, что не знает, как удастся выбраться сегодня, но раз уж у них есть еще пара дней в запасе, «проводящий» облегченно вздохнул.
Прощаться было не с кем, а вот прикупить пару полезных вещей необходимо. Кин полдня пролазил в городе, выискивая по знакомым и не очень популярным лавочкам нужные предметы. Непромокаемый тубус для карт и денег, крепившийся к поясу узкой ременной петлей, собственно, сам ремень, снабженный потайными кармашками и просто навесными с одного бока. Слева располагались петли для оружия. Короткий кинжал с простым крепким лезвием в неприметных ножнах сел как родной. В процессе, Кин продал свой набор мастеровых знаков, оставив только старпомовскую бляху.