Айвенго - Страница 122

в точности совет гостеприимного отшельника, однако довольно долго возился с арфой, прежде чем её настроил.

— Мне кажется, святой отец, — сказал он, — что тут не хватает одной струны, да и остальные в плохом виде.

— Ага, так ты заметил это? — сказал отшельник. — Значит, ты мастер своего дела. Вино и яблочная настойка, — прибавил он, с важностью подняв глаза к небу. — Вся беда от вина и яблочной настойки. Я уж говорил Аллену из Лощины, северному менестрелю, что после седьмой кружки лучше не трогать арфы. Но уж больно он упрям, с ним не сговоришься… Друг, пью за успех твоего исполнения.

Сказав это, он с важным видом опорожнил свой кубок, всё время покачивая головой при воспоминании о пьяном шотландском певце.

Тем временем рыцарь кое-как привёл струны в порядок и после краткой прелюдии спросил хозяина, что ему больше нравится: спеть ли сервенту на языке ок или же на языке уа, или виреле, или балладу на простонародном английском языке?

— Балладу, балладу, — сказал отшельник. — Это будет лучше всякой французской дребедени. Я чистейший англичанин, сэр рыцарь, такой же англичанин, каким был мой заступник святой Дунстан, а он, наверно, так же чурался этих ок и уа, как чёртова копыта. У меня в келье допускаются только английские песни.

— Ну хорошо, — согласился рыцарь, — я попробую припомнить балладу, сочинённую одним саксом, которого я знавал в Святой Земле.

Оказалось, что если рыцарь и не был вполне искусным менестрелем, то по крайней мере его вкус развился под влиянием наставников. Голос его, который от природы был грубоват и обладал небольшим диапазоном, был хорошо обработан. Поэтому он пел очень недурно и мог бы удовлетворить и более взыскательного критика, чем наш отшельник; рыцарь пел выразительно, то протяжными, то задорными звуками, оттенял слова и придавал силу и значение стихам.

ВОЗВРАЩЕНИЕ КРЕСТОНОСЦА
Из Палестины прибыл он,Военной славой осенён,Он через вихри битв и грозКрест на плечах своих пронёс.В боях рубцами был покрытЕго победоносный щит.Когда темнеет небосвод,Любимой песню он поёт:«Возлюбленная! Рыцарь твойВернулся из страны чужой;Добыча не досталась мне:Богатство всё моё — в коне,В моём копье, в мече моём,Которым я сражусь с врагом.Пусть воина вознаградятТвоя улыбка и твой взгляд.Возлюбленная! Я тобойПодвигнут был на славный бой.Ты будешь при дворе однаВниманием окружена;Глашатай скажет и певец:«Она владычица сердец,В турнирах билось за неёНепобедимое копьё.И ею меч был вдохновлён,Сразивший мужа стольких жён:Пришёл султану смертный час -Его и Магомет не спас.Сияет золотая прядь.Числа волос не сосчитать, -Так нет язычникам числа,Которых гибель унесла».Возлюбленная! Честь победТебе дарю; мне — славы нет.Скорее дверь свою открой!Оделся сад ночной росой;Зной Сирии мне был знаком,Мне холодно под ветерком.Покои отвори свои -Принёс я славу в дар любви».

Пока продолжалось пение, отшельник вёл себя, словно присяжный критик нашего времени, присутствующий на первом представлении новой оперы. Он откинулся на спинку сиденья,Оригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com