Адриан Моул: Годы капуччино - Страница 29

лей.

В 1.30 ночи объявили, чтобы кандидаты через пять минут собрались на сцене. Я кинулся в туалет. В минуты волнения мой мочевой пузырь вдруг развивает чрезмерную активность. Все писсуары были заняты, поэтому я заглянул под дверь первой кабинки. И там занято - красными туфлями на шпильках и сандалетами "Биркенсток". Разумеется, для подобного сочетания обуви можно было придумать много объяснений, но ни одно из них не приходило на ум, за исключением очевидного: моей матери и отцу Пандоры так не терпелось уединиться, что ради этого они готовы дышать аммиачной вонью общественного сортира.

Я выскочил из мужского туалета и бросился в женский, где нашел-таки свободную кабинку. И вот, когда я облегчался, в туалет вошли две женщины. Она заняли соседние с моей кабинки и продолжили разговор.

1-АЯ ЖЕНЩИНА: Это просто кошмар какой-то. Девять дней!

2-АЯ ЖЕНЩИНА: А у меня кровяные пятна похожи на континенты. В прошлом месяце вышла идеальная Африка.

Я вылетел из туалета, не помыв руки.

Кандидаты уже выстроились на сцене. От моего внимания не ускользнуло, что у сэра Арнольда Тафтона расстегнута ширинка. На сцене распоряжалась веселая бритоголовая женщина в футболке с надписью СЛАГ. Я спросил маму, которая была тут как тут, что значит надпись.

- Социалистки-лесбиянки-антиглобалистки, - объяснила она. - Это Кристина Спайсер-Вудс, служила в ВВС, а так просто славная женщина.

- Но что заставляет женщин носить стричься наголо?

- Химиотерапия, - ответила мама, уничтожив меня взглядом.

Мисс Спайсер-Вудс приковывала к себе взгляд. И тем не менее, Пандора заставила все глаза обратиться на нее. Найджел и его друг Норберт протиснулись в первый ряд. Найджел шепнул мне:

- Пан - самая кайфовая красавица после Леонардо Ди Каприо.

Его друг Норберт, мускулистый мужик в темных очках от Гуччи, добавил:

- Да, красотка что надо, Найджел, а костюмчик просто охренеть. Это же Шанель, да?

Найджел объяснил, что Норбер торгует тряпками и может за тысячу шагов опознать фирменный лейбл модельера.

Уполномоченный по выборам, невысокий человечек с лицом бобра, сверкнул в нашу сторону злым взглядом, и в зале воцарилось молчание. Только в дальнем углу раздавалось жалкое скандирование: "Кит, Кит, Кит!" - это слабо вякали сторонники Чокнутого Монстра, поддерживая своего кандидата Кита Маттона, грустного человека в маске Граучо Маркса. Наконец, после вмешательства квадратной Сандры Лиф и ее коллег из "Цитадели", Чокнутые угомонились, и началось оглашение результатов. Я огляделся в поисках мамы и Ивана Брейтуэйта, но они снова куда-то исчезли. В тот момент, когда человек-бобер говорил: "Марсия Гримболд, "Верните местные налоги", 758 голосов", в дальнем конце зала возник какой-то шум, я повернулся и увидел Джека Кавендиша, престарелого любовника Пандоры. Сандра Лиф заломила ему руку. К ним через толпу пробирался полицейский в форме. Кавендиш закричал на весь зал:

- Я любовник Пандоры Брейтуэйт! Я должен стоять на сцене рядом с ней, фашистыОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com