Абсолютная ложь (СИ) - Страница 7
- Решила прогуляться ещё? – знакомый баритон выдернул в реальность.
Вероника отвела ладони от лица и увидела перед собой водителя серебристого «Audi». Он сидел перед девушкой на корточках и участливо рассматривал её. Парень промок насквозь. По загорелому лицу стекали крупные капли дождя. Но казалось, он не замечал непогоды. Видел только ту, что сидела перед ним. Так неотрывно и пристально смотрел на неё, что в свете предрассветного полумрака Веронике показалось, что чёрные глаза по краю радужки отливали серебром.
- Сумку потеряла. На дороге осталась, - хрипло пояснила она. – Не могу войти внутрь.
Конечно, девушка врала. Нет, не в словах. В причине своих слёз. Ей уже давно было плевать, что стало с вещами. Но в этом она не признается никому. Хватит и того, что смогла признаться самой себе. Стремление исчезнуть и раствориться в небытие только усилилось, едва Вероника поняла, что он видел, как она плакала.
Интересно, как давно он здесь? И почему вернулся?
- Ты забыла в машине, - пояснил он на застывший на лице вопрос, положив жакет на скамейку рядом с девушкой.
- Спасибо, - попыталась улыбнуться она.
Попытка вышла довольно жалкой и совсем не убедительной.
- Ты вся промокла, - продолжил парень. – Поехали, поищем твою сумку?
Он протянул руку, с ожиданием глядя на Веронику.
- Хорошо, - покорно согласилась девушка.
Широкая горячая ладонь соприкоснулась с подрагивающей и холодной. Он помог подняться со скамейки, утягивая за собой в сторону стоящей в ста метрах от подъезда машины, и усадил на переднее сиденье. Включил обогрев на полную мощность и, задумавшись о чём-то своём, прибавил громкость играющей в салоне магнитолы, после чего вновь тронул «Audi» с места. Не успели они проехать и полпути, как лежащий на панели перед рулём телефон подал признаки входящего вызова.
- Я занят, - холодно произнёс молодой человек, взяв трубку.
И, не дожидаясь ответа, отключил аппарат. Полностью. В салоне вновь воцарилось молчание, разбавляемое лишь звуками играющей мелодии. Веронику раздирало любопытство, но она удержалась от вопросов, хотя так и хотелось поинтересоваться, чем именно в настоящий момент водитель так занят, что даже телефон отключил.
Неужели съездить за её сумкой равнозначно для него чему-то важному? А может ему просто не хочется с кем-то общаться, поэтому он так отреагировал?
Терзаемая противоречиями, совсем не свойственными прежде, Вероника отвернулась к окну, упорно убеждая саму себя, что её вообще не касается жизнь малознакомого мужчины, чьего имени она даже не знала. Так они и доехали до места их первой встречи.
На удивлении Вероники, сумка нашлась быстро. Дождь не повредил содержимое клатча, а когда молодой человек вернулся с находкой в салон, стало понятно, почему проблем с поиском вещицы не возникло. Звук мелодии, исходящий от смартфона внутри клатча огласил салон, едва водитель захлопнул за собой автомобильную дверцу.
- Всё время пиликает, - пояснил парень, протягивая сумку.
- Спасибо, - улыбнулась девушка в ответ, положив мокрое лаковое изделие на колени, не боясь испачкаться.
И без того состояние внешнего вида оставляло желать лучшего.
- Отвечать не будешь? – удивлённо приподнял бровь новый знакомый.
Девушка тяжело вздохнула и открыла сумку. Вообще-то она и вправду не собиралась отвечать. Единственной из всех знакомых, кто могла бы звонить в такое время, по мнению Вероники, была Катерина, а разговаривать с ней пока не хотелось. Решила, что поговорит позже и без свидетелей. Выслушивать аннотации по поводу своего поведения в присутствии чужого человека не хотелось. Тем сильнее оказалось удивление, в то время как собралась нажать кнопку отключения вызова, поняв, что звонит Влад. Нажав на отключения звука, шатенка отвернулась к окну, ожидая, когда машина отвезёт её домой. Но Audi стояла на месте. Водитель развернулся к ней полубоком.
- Почему ты не берёшь трубку? – медленно, выделяя каждое слово, произнёс он.
Тёмно-карий взгляд внимательно рассматривал её. И ждал ответ.
«Точно странный», - подумала Вероника.
Девушка шумно выдохнула и нажала на принятие вызова до сих пор вибрирующего на беззвучном режиме гаджета.
- Чего тебе? – пробормотала недовольно.
Взгляд от сидящего рядом она также не отвела, всем своим видом демонстрируя: «теперь доволен?». Наряду с её неприветливым тоном, абонент также не был расположен к любезностям.
- Ты где? – злобно отозвался Матвеев.
- Дома, - машинально соврала Вероника.
Чем вызвала невольную усмешку продолжающего смотреть на неё парня.
- Ни хрена, мать твою, ты не дома! – взвинчено воскликнул Влад. – Если ты мне сейчас не врёшь и ты действительно дома, тогда какого… не открываешь?
Вероника задержала дыхание. Не ожидала, что Матвеев соберётся проверять, действительно добралась ли она или нет. А что ответить так и вообще не знала.
- Ты меня вообще слышишь?! Я с тобой разговариваю! Где ты шляешься?! – не успокаивался парень.
- Я… - девушка нахмурилась, но торопиться с объяснениями не спешила.
Так и не смогла придумать, что должна ответить. Никогда прежде с ней не разговаривали в подобном тоне. Тем более, всегда спокойный Владислав Матвеев. Да вообще никогда не слышала, чтобы он повышал голос хоть на кого-то!
- Бля, скажи мне, где ты! Я за тобой приеду! – продолжал орать он.
Вероника до боли прикусила нижнюю губу. И снова промолчала. Чувство стыда жгло щёки. Мало того, что друг старшего брата устроил такой скандал, так ещё и при постороннем. Дилемма разрешилась быстро. И не по инициативе Вероники. Тяжело выдохнув, водитель не вытерпел, забирая из её рук телефон.
- Не ори. Сейчас приедет.
Если до этого момента Вероника не дышала, то сейчас так и вообще решила, что сердце перестало биться. Парень аккуратно положил телефон на панель, и тихо поинтересовался:
- Это из-за него ты… ночью под дождём по дороге… шла?
В какой-то мере это было правдой, потому Вероника машинально кивнула, потом сообразила, что её не правильно поймут, и усиленно замотала головой в отрицании.
- Ясно, - ухмыльнулся парень, трогая машину с места.
Не прошло и пяти минут, как «Audi», нарушая скоростной режим и все попутные правила дорожного движения, домчалась до «Парковой, 33», остановившись аккурат перед стоящим около подъезда Владом. Парень опирался на стоящий позади него «Lexus IS» цвета мокрый асфальт и с интересом наблюдал за подъехавшим автомобилем. Дождь почти прекратился. Лишь изредка расплывающиеся по лужам разводы от мелких капель напоминали о том, что непогода не сдала свои позиции окончательно. Вероника двинулась вправо, намереваясь открыть дверь, но была остановлена.
- Нет, - грубо одёрнул сидящий рядом. – Тут сиди.
От удивления девушка замерла. И только собралась открыть рот, чтобы поинтересоваться с чего это он вдруг раскомандовался, как водитель вышел на улицу, громко хлопнув дверью, после чего в очередной раз щёлкнул центральный замок, отрезая Веронике возможность ослушаться.
- Зашибись… - простонала вслух.
Из машины парень выбрался быстро, как и справился с сигнализацией, но его дальнейшие шесть шагов до Влада показались Веронике такими долгими, что успела перебрать все возможные и невозможные варианты дальнейшего развития событий. И всё равно ошиблась. Обоюдное крепкое рукопожатие вокруг правого запястья, приправленное лёгким хлопком по спине левой рукой, до боли напоминающее манеру приветствия Влада и Юры между собой, словно удар кувалдой прошлось по её сознанию. После приветствия, оба перестали улыбаться и о чём-то сосредоточенно разговаривали. Ни одного произнесённого слова расслышать, конечно же, не удалось, но судя по впечатлению Вероники и тому, что вопросы задавал новый знакомый, а Матвеев больше напоминал ученика, у которого «собака съела домашнее задание», а теперь оправдываться приходится, речь шла именно о ней. Мысли метались в разных направлениях, начиная с того, что «Влад знает, как его зовут – обязательно спрошу!» и, заканчивая «Ну конечно! Даже можно было и не сомневаться в том, что в этом городе можно встретить хоть одного нормального парня, который был бы… действительно нормальным… и не знаком с Матвеевым». Ничего не оставалось, как сидеть и смотреть, как два вероятно давних знакомых общаются на протяжении долгого времени, изредка бросая в её сторону косые хмурые взгляды. От этого становилось не по себе.