Ассира - Страница 11

Однажды ночью я встала попить воды и задержалась на террасе, чтобы полюбоваться на лунный свет, который серебрил волны. Дождя не было, море было спокойным. Все вокруг было так тихо и прекрасно, что я не выдержала и побежала босиком к воде. Искупаться в лунном свете – такая возможность предоставляется не каждый день. Вдруг я обрету вечную красоту? Тем более, что уже через несколько дней нам предстоял путь домой, в серую, холодную зиму. Но на тот момент об этом думать совсем не хотелось, не хотелось терять наше счастье.

Я скинула с себя шелковую сорочку и совершенно голая вошла в воду. Это было волнительно, как будто ласкающие волны делали меня более женственной и чувственной. Я зашла в воду сначала по колено, потом по пояс, чувствуя, как ласковая прохлада касается самых интимных мест. Потом волны коснулись груди, и я, как будто бы, вся без остатка слилась с водой в одно целое. Я наслаждалась запахом соли, лежала на воде, покачиваясь на волнах, раскинув руки, смотрела на звезды, которые казались очень близкими. Мне хотелось, чтобы этот отпуск не заканчивался.

Я плавала, думая о том, что жизнь поистине прекрасна и удивительна. Но внезапно в ночной тишине раздался плеск воды и мерные удары рук о воду. Звук приближался ко мне, значит, кто-то в темноте видел меня и теперь плывет в моем направлении. Я испугалась, ушла под воду и вынырнула поодаль. Я не видела, кто плывет за мной в темной воде, от этого тело покрылось мурашками. Не то, чтобы я боялась, но я отчаянно не хотела умирать от рук какого-нибудь маньяка-аборигена здесь и сейчас. Я стала думать, что делать дальше. Если я позову на помощь, вряд ли кто-то услышит меня. Тогда я стала что было сил грести по направлению к берегу, и через какое-то время услышала сзади шум погони. Набрав воздуха в легкие, я снова ушла под воду. Я была уже почти возле берега, ноги уже чувствовали дно. И тут некто схватил меня так, что от испуга я сразу же истратила весь запас кислорода. Мы вынырнули вместе, но я уже была зажата в сильные тиски рук. Кашляя от воды, я обернулась и выдохнула от облегчения. Это был Игорь. Мокрые волосы черными полосами лежали на лбу, свисали по щекам. Мы много раз купались вместе, но только сейчас я подумала о том, как он гармонично и мужественно смотрится среди морских волн. Он был потрясающе красивым. Его тело было горячим, возбуждение заставляло светиться глаза опасным огнем. Меня охватила волна желания.

– Игорь, ты сумасшедший? Я думала, меня выследил маньяк! Я приготовилась к смерти. Почему ты даже не окликнул меня?

– Ты была слишком красива. Как морская богиня. Ты хоть знаешь, насколько ты красивая, Лора? Со своим точеным телом, длинными руками, рыжими волосами, которые сводят с ума каждого, кто смотрит на них. Голая, посреди моря…

От него пахло ромом, который он пил вечером перед тем, как лечь спать. Я слушала его порывистые, страстные слова, он часто и судорожно дышал, и мне не хотелось даже шевелиться, чтобы не спугнуть эту внезапную откровенность.

– Ты ведьма. Я понял это с самого начала, когда увидел тебя в темноте клуба. Ты выделялась из толпы, не сливалась с ней. Ты ни с кем в жизни не можешь слиться, потому что ты особенная, как будто не из нашего мира. Ты ненадолго со мной. Я знаю, что ты уйдешь и оставишь меня одного. И тогда… Я не знаю, что со мной будет тогда.

Я по-прежнему молчала. Волны качали нас, под ногами я чувствовала дно, а еще я чувствовала, что из одежды на нем тоже нет ничего, даже плавок, и эта мысль не давала мне отвечать осознанно. Мне хотелось только одного – принадлежать ему здесь и сейчас. От его близости и мужской силы кружилась голова. Людей не существовало, наш привычный мир казался далеким, вымышленным. Были только мы, шум волн и теплый песок.

– Мне иногда кажется, что ты не настоящая. Иллюзия, которую я сам выдумал.

– Я здесь. Я настоящая, – на глаза навернулись слезы, я прикоснулась к его по мокрым волосам, убрала черные пряди с лица, – я всегда буду рядом, пока нужна тебе. Ты же знаешь. Я люблю тебя.

– Не оставляй меня, Лора. Я пойду за тобой, куда ты скажешь. Буду делать то, что ты скажешь. Я буду писать тебе и петь только для тебя. В тебе есть свет, который сильнее тьмы, которая живет внутри меня. Ты мне доказала это. Ты вытерпела. Выстояла. Вынесла. Делай теперь со мной все, что захочешь, – он помолчал, потом пристально посмотрел на меня, – знаешь, моя ведьма, я тоже люблю тебя.

Он сказал мне эти слова впервые. Я не ослышалась. Боль, ревность, разочарование – все те чувства, которые мешали мне жить, расстаяли в один миг. Голос его был страстным, хриплым, как будто что-то мешало говорить. Он взял меня на руки, вынес из воды на песок, потом опустился на колени и прижался лицом к моим голым ногам. Я разжала его руки и опустилась на колени рядом с ним. Луна освещала наши обнаженные тела, его поцелуи были настойчивыми, жадными, ненасытным. Казалось, он хочет причинить мне боль, заставить страдать, но я знала, что в этом порыве он сам испытывал страшную муку – настолько сильно сейчас он обнажил свою душу, открыл свои страхи, которые, оказывается, все это время мучили его.

Именно тогда мне стали понятны многие вещи, которые происходили с нами до этого момента, которые доставляли мне сильные страдания. Я с другой стороны посмотрела на скверные, отвратительные поступки Игоря. Ведомые страхом, мы часто совершаем ошибки. Тот день на далеких островах навсегда остался в моей памяти, как один из самых счастливых.

Смерть постоянно играет со мной, преследует меня, идет по моим следам. Смерть иногда смеется надо мной, дает остро почувствовать жажду жизни. Иногда она сжимает мое горло, заставляет биться в конвульсиях, хватать ртом воздух. Иногда она вдавливает меня в землю так, что зубы впиваются в мягкость почвы, горький вкус которой остается на губах. Смерть пугает меня своей властью снова и снова. Но я ее не боюсь. В этом вся загвоздка. Я не нужна ей такая храбрая. Поэтому и живу. Победу одерживает не тот, кто силен, а тот, кто смел. Я не раз уже в этом убедилась.

Был обычный весенний день. Прошла неделя после нашего с Алисой дня рождения. До сих пор самая насущная тема для обсуждения была “мне уже тринадцать, я уже взрослая”. Папа и мама были на удивление добрыми, не ссорились, не выясняли отношения. Папа уже полгода как не встречался со Светланой, чему я была сильно рада. Оказывается, Света захотела, чтобы он ушел из семьи, а папа этого сделать так и не смог, поэтому остался без модели и без любовницы. Но я им гордилась. Это был поступок настоящего мужчины – сохранить семью и разбить любовь, в которую я ни капли не верила. Мама за последние полгода сильно похорошела от его мужского внимания. Мы с Алисой с удивлением наблюдали за тем, как папа игриво щиплет маму за зад, а она хихикает от удовольствия, словно девчонка.

Но выясняли отношения они по-прежнему громко и неугомонно. Весь подъезд, наверное, знал о том, что Гриша потратил последние деньги на свои чертовы краски, а Марина, стерва такая, поломала ему за это мольберт. Все как всегда: художник и жена художника. Небо и земля. Отец мне говорил, когда мы рисовали вдвоем в его мастерской, что когда-нибудь я встречу мужчину, и он будет точно так же далек от искусства, как наша мама.

– Он будет рвать твои эскизы и выбрасывать краски в окно. И твое сердце будет каждый раз разбиваться от горя. Потому что каждый эскиз – это маленькая жизнь.

– Ох, нет. Тогда я вырасту и выберу себе нормального мужчину. Художника.

– Нет, Деревце. Не выбирай, пожалуйста, художника. Выбирай любого другого. Просто прячь от него свое искусство подальше, – сказал грустно отец.

Так вот, в тот весенний день, кажется, это был понедельник, мы должны были вечером ехать в кино. Наша семья сейчас была очень похожа на обычную семью. Мы даже иногда гуляли вчетвером по воскресеньям. Правда, до магазина и обратно. Но и это уже был прогресс. В тот понедельник с самого утра мы с Алисой жили ощущением вечера. У нас были каникулы, до начала учебы была целая неделя. Жизнь была похожа на рай. А потом рай закончился, потому что у меня резко поднялась температура. Меня уложили в постель, заставили выпить лекарство. Весь день я лежала и смотрела, как по стенам над моей кроватью ползут ивовые ветви, сплетая причудливый узор. Я почти не шевелилась, и лицо мое было грустным и несчастным, но это не подействовало ни на Алису, ни на маму с папой. Он собрались и уехали в кино без меня, оставив меня на попечение соседки тети Наташи, которая заходила ко мне каждые двадцать минут. Сначала я смотрела телевизор в комнате родителей, гладя Луку, который лежал рядом со мной. Я всегда разрешала ему спать со мной, когда никого не было дома. А потом фильм по телевизору закончился, я встала, и подошла к окну. На улице было уже темно. Я закрыла глаза, пытаясь понять, где темнота сильнее: на улице или внутри меня. И тут словно большое огненное колесо прокатилось перед моими глазами. Я часто-часто заморгала, испугавшись. На улице было все так же темно и тихо, и меня охватила паника. Я отошла от окна, отдышалась, села на стул. Что это было опять? Неужели, что-то случилось с папой? Или с Алисой?