4-я книга. Экспедиция на Голубой планетоид - Страница 23

Небесное создание в это время уже выслушивало торжественные слова приветствия, произносимые президентом. Выслушав положенную порцию комплиментов от милейшего Гирша Меир-Симхеса и его смуглой красавицы-супруги, Рунита ответила намного короче, но ничуть менее приветливее, после чего позволила президенту поцеловать свою изящную руку и очень тепло обняла и расцеловала его супругу. Наконец, обе стороны стали представляться друг другу. Президент Хельхора взял Руниту под руку, Нейзер предложил его супруге свою и они принялись под звуки оркестра обходить строй почетного караула. Калвин вновь шел слева от Руниты и даже чуть-чуть развернул корзинку, чтобы солдаты, одетые в блестящие, древние латы, могли взглянуть на будущую императрицу Варкена.

Когда церемония встречи была закончена и все стали рассаживаться по лимузинам, Рунита даже не моргнула глазом, увидев в салоне президентской машины своего мужа. Нейзер невозмутимо занял место в переднем ряду, где сели Рунита и Гирш Меир-Симхес, даже не взглянув на своего повелителя, но это того не слишком-то оскорбило, как не оскорбило Харда Виррова то, что Калвин молча вынул из его рта сигару и затем телепортировал её невесть куда вместе с табачным дымом. Харди широко улыбнулся ему и, достав, из внутреннего кармана своего фрака амулет, прикрепил его на корзинку, в которой спала Ларита, пояснив Калвину при этом:

– Это древний терранский амулет, Калвин, ему почти миллион лет и он защищает детей от сглаза. Когда-то моя матушка вешала его мне на шею и вот я прожил без малого одиннадцать тысяч лет, чего и желаю вашей, благословенной Великой Матерью Льдов, императрице.

Калвин с сомнением посмотрел на изрядно потертый золотой крестик, на котором виднелась распятая человеческая фигурка, но возражать не стал и благодарно кивнул головой в ответ. Как только лимузин тронулся с места, проехал сквозь людской коридор и выехал на широкое скоростное шоссе, ведущее к президентскому дворцу, Гирш Меир-Симхес развернулся сам, развернул кресло своей супруги и представил ей Звездного Князя.

Кортеж двигался не спеша и за четверть часа, пока он не достиг оживленного проспекта, вдоль которого стояли толпы народа, Салмайя успела немного поговорить с первым Звездным Князем, которого ей удалось увидеть. Эта жгучая, смуглая брюнетка была в восторге от того, что на Хельхор должна была пожаловать целая дворянская делегация, чтобы встретиться со своим новым собратом по звездным странствиям.

Такой интерес к звездному дворянству, безусловно, импонировал Веридору Мерку. Чтобы польстить первой леди Хельхора, он исчез на несколько секунд из лимузина и вернулся в него уже облаченный в парадный мундир Звездного Князя. Салмайю это привело в восторг и было не совсем ясно, что именно так обрадовало эту красивую даму, то, что Веридор Мерк вернулся в полном княжеском облачении с иридиевым обручем на голове, скромный букет нежно голубых цветов или трюк со скоростным переодеванием. Во всяком случае чопорная обстановка сменилась на куда более непринужденную и веселую.

Президентский лимузин вновь въехал в людской коридор и теперь продвигался к президентскому дворцу, сопровождаемый оглушительными аплодисментами и восторженными криками жителей Хельхор-сити. Хард Вирров при виде такого скопления народа вжался в спинку кресла и недовольно поинтересовался:

– Гирш, ты специально собрал такую толпу в преддверии президентских выборов?

Вместо президента ему ответил полковник Мирриш, который сидел позади него и внимательно прислушивался к чему-то, наклонив голову и прижав к уху два пальца:

– Харди, ты мне не поверишь, но все эти люди собрались абсолютно добровольно. Моим людям, полиции, да, и всем прочим службам пришлось немало попотеть, чтобы остановить наплыв народа.

Хард Вирров недоверчиво ухмыльнулся, но вступать в полемику не стал. Рунита, впервые услышавшая о предстоящих выборах, легким касанием пальцев поправила свою, и без того безукоризненную прическу и взяв за руку президента, решительно потребовала:

– Раз эти люди собрались здесь, чтобы видеть своего президента и его гостью, то нам следует встать и поприветствовать их. Полковник Мирриш, уберите, пожалуйста, верх этой машины.

Начальнику охраны президента ничего не оставалось делать, как подчиниться приказу Руниты. К неудовольствию Харда Виррова, массивная, бронированная крыша лимузина легко и беззвучно сдвинулась назад. Гирш Меир-Симхес встал на ноги, вслед за ним поднялась Рунита и приветственно помахала толпе рукой. Полковник Мирриш, прикрыв рот рукой, стал скороговоркой отдавать приказы своим людям, находящимся в толпе. Варкенцы, мгновенно появившиеся неизвестно откуда, взяли в кольцо президентский лимузин и теперь неторопливой рысцой двигались рядом с ним, вежливо улыбаясь толпе и помахивая руками в ответ на приветственные выкрики. К варкенцам на Хельхоре, похоже, относились дружелюбно и с самым неподдельным интересом.

Президент Хельхора приветствовал жителей Хельхор-сити сдержанными жестами и отеческой улыбкой, которая так шла к его выразительному, смуглому лицу, а седеющие виски приводили девиц в умиление и заставляли выкрикивать весьма неожиданные приветствия, зачастую через чур уж откровенные. Гирш Меир-Симхес добродушно посмеивался в ответ и слегка кланялся.

Единственное происшествие, заставившее встрепенуться Нейзера Олса, сидевшего подле Руниты в напряжении, оказалось вполне милым, хотя и совершенно неприемлемым жестом. Молодой, красивый хельхорец, ловко увернувшийся от рук блюстителя порядка, выбежал на обочину широкого шоссе и, высоко подпрыгнув вверх, бросил Руните огромный букет ярко алых цветов, громко выкрикнув:

– Мадам, вы очаровательны!

Огромный букет, брошенный сильной рукой, по высокой дуге полетел прямо в салон лимузина и не был никем перехвачен. Водитель слегка притормозил и Рунита поймала букет. Быстро выдернув из букета один цветок, она повернулась и, поцеловав его, бросила обратно нежданному дарителю, который вновь высоко подпрыгнул и ловко поймал подарок княгини. Толпа взревела от восторга и Рунита помахала всем, букетом цветов. К полному облегчению Нейзера цветы не посыпались на машину градом и лимузин смог спокойно пересечь площадь и въехать в президентский дворец. Салмайя, чтобы снять невольное напряжение, мило призналась:

– Дорогая, это цветы из нашего сада, а тот молодой человек, один из наших друзей. Правда, я и сама не ожидала того, что у полковника Мирриша в полку имеются такие романтически настроенные молодые люди, но мы ведь не будем судить его слишком строго?

Хард Вирров немедленно разразился язвительным замечанием:

– Веридор, ты видел когда-нибудь таких аферистов? И эти продувные бестии, наши уважаемые политики, еще что-то говорят о наших грязных трюках и называют вольную торговлю прибежищем отъявленных пройдох и жуликов. Каково, а?

Веридор Мерк был не столь категоричен и мирно откликнулся:

– Харди, успокойся, ты несправедлив. В толпе было и без того много молодых людей, чьи букеты не взлетели в воздух только потому, что кто-то не сумел выпрыгнуть, хорошенько размахнуться или еще по какой-то причине, ведь варкенцы хорошо знают, как нужно охранять столь высокую персону, как ты, старый брюзга. Так что полковник Мирриш был прав, когда согласовал с нашими ребятами один единственный удачный бросок. Все действительно выглядело очень мило.

Рунита возмущенно охнула и спросила:

– Как, полковник, так все было подстроено?

– О нет, миледи, отнюдь не все. – Быстро ответил тот – Я, например, даже не знал, что мои бандиты без разрешения ободрали в президентском саду самый роскошный розовый куст вместо того, чтобы пойти и купить цветы в магазине. Так что это была, можно сказать, спонтанная акция. Мои люди знали, что никто из жителей Хельхор-сити не сможет вручить вам цветы и потому сами решили восполнить этот досадный пробел в церемонии встречи вашей светлости. – С улыбкой внес свои пояснения полковник Мирриш. – Единственное, о чем я попросил лорда-хранителя трона, это разрешить моим парням подарить вам эти прекрасные розы, которые они умыкнули из дворца. Вряд ли садовник леди Салмайи, теперь простит им эту выходку.