300 Киловоль - Страница 49

— Ты предатель всех убить... — прохрипел капрал и добавил грустно: — Мне говорить мама, никогда не верить человек! Человек обмануть неандерталец всегда!

Издав этот горестный стон, последний неандерталец затих, и голова его со стуком упала на пол.

Блэкмор затравленно огляделся: никого в живых не осталось в этом ангаре. Впрочем нет, живой был — это был тот самый паренек, разносчик пиццы. Он приближался к Блэкмору характерной пружинистой походкой, выдававшей в нем жителя Луны. И хотя внешне выглядел он совсем не страшно, но в глазах его читалась такая Сила Воли, что Блэкмор все понял, торопливо вскочил и, резво перебирая коротенькими ножками, бросился прочь из ангара.

Роман кинулся за ним.

— Стойте! — закричал Википед. — Куда же вы!

Он выпустил манипуляторы и затопал следом. Но куда ему было угнаться за двумя бегущими людьми! Да и внутренние двери ангара оказались слишком узкими для его корпуса — стукнувшись в проем, Википед с горечью понял, что заперт здесь, и не сможет никак поучаствовать в дальнейшей схватке.

Сперва Роман бежал неторопливо, понимая, что карлику деваться некуда, и рано или поздно он его догонит. Блэкмор петлял. Пробегая по коридорам, он пытался захлопнуть за собой двери, а если что-то стояло в проходах — ведро со шваброй, ящики с тушенкой для неандертальцев или коробки с торпедами — пытался обрушить их за собой, замусорив противнику коридор. Но Роман ловко перепрыгивал препятствия, и расстояние сокращалось.

На очередной развилке Роману пришла в голову неприятная догадка, что Блэкмор, очевидно, знает, куда бежит, и наверняка придумал какой-нибудь коварный план. Возможно, он хочет спрятаться? Или рвется к тайнику, где у него лежит запасной бластер? Прыгать с голыми руками на заряженный бластер Роману не хотелось, и он решил прибавить ходу, догнать Блэкмора, повалить и обезвредить.

Но поздно: впереди уже показались стеклянные двери шлюза, которые мягко раскрылись перед Блэкмором. За дверьми оказался ангар — такой же, как гостевой, куда прибыл Википед, только на противоположной стороне базы. И как Роман про него забыл? Ведь показывал Учитель на схеме, что посадочных ангаров на базе два.

В ангаре стояла яхта. Это была серьезная респектабельная яхта — большая, громоздкая, аспидно-черная и нарочито квадратная, как старомодный чемодан. К тому моменту Блэкмор выглядел совсем плохо: он задыхался от бега, его борода торчала растрепанным веером, а любимые шнурки на ботинках давно развязались. Влетев в ангар, Блэкмор наступил на свой шнурок и кубарем покатился по полу... В его голове мигом всплыло пророчество Ларисы о том, что использовать нано-графены для шнурков — неудачная идея. Но выяснилось, шнурки его, наоборот, спасли: если бы не они, его бы схватил Роман, который уже протянул для этого руку. Прокатившись по полу, Блэкмор оказался у своей яхты и, проворно перебирая конечностями как таракан, юркнул под днище. Роман на миг замешкался: броситься ли за ним в пыль или обогнуть яхту?

А Блэкмор уже выполз с другой стороны, с истошным воем взлетел по трапу, обвалил его за собой расчетливым ударом пятки, юркнул в распахнутый люк и нажал кнопку старта на пульте. Спасительный люк кабины начал закрываться.

Другой бы на месте Блэкмора обрадовался своему спасению, а может даже помолился. Но Блэкмор был не таков: он напоследок высунул голову наружу, чтобы показать Роману язык, а если останется секунда, то и плюнуть.

Язык он показал успешно. Плюнуть ему удалось менее успешно: промазал. Но и Роман, оказывается, не терял времени: в три прыжка обогнув яхту, он оказался у люка, подпрыгнул и крепко схватил Блэкмора за конец бороды.

— А-а-а! — заорал от неожиданности Блэкмор, но крик оборвался, словно резко убавили громкость: это, наконец, герметично закрылся стеклянный люк, прищемив бороду ровно посередине.

Никогда еще со времен истерики в военкомате Блэкмор не испытывал такой боли и унижения. Прямо перед его лицом торчало здоровенное овальное нано-стекло — литая дверца люка. Стекло было дорогое, слегка тонированное — для особого кича. А за стеклом грозил кулаком и что-то кричал Роман, дергая хвостик бороды. Развернуться туловищем, а тем более, дотянуться до пульта, Блэкмор не мог — не позволяла прищемленная борода. От отчаяния он попробовал перегрызть бороду зубами — но куда там! Нано-графеновые пряди шнурков, вплетенных в бороду, лишь противно скрипели на зубах и были так же омерзительны на вкус, как любая материя с приставкой «нано».

Блэкмор понял, что сам себя захлопнул в ловушку: сейчас Роман сходит за инструментами, развинтит кабину его любимой черной яхты, позорно спеленает его, Блэкмора, нано-скотчем и повезет сдавать федеральным войскам. Или убьет?

От невыразимой тоски Блэкмор разрыдался как ребенок и стал колотить по полу кулаками и ногами. И вдруг понял, что ногой он может кое-как дотянуться до пульта! Извернувшись, Блэкмор стянул ботинки, чтоб не мешали, выгнулся дугой и внимательно нащупал пальцами ног ручку старта.

— А-ха-ха-ха!!! — оглушительно захохотал Блэкмор и рванул ее на себя обеими ногами.

В тот же миг взвыла сирена, и наружные створки ангара, дрогнув, начали раскрываться. Послышался адский свист выходящего из ангара воздуха, и над головой Романа поплыл бездонный космос.

К счастью, Роман, как любой житель Луны, всегда надевал под рубашку и джинсы антивакуумный нано-скафандр. Почуяв вакуум, скафандр сработал — раздулся, зашипел и, выпустив прозрачные нити, опутал голову Романа невидимым нано-колпаком шлема.

Яхта Блэкмора, тем временем, взревела, и из дюз ударил огонь.

— Стой, мерзавец!!! — закричал Роман и, что было сил, вцепился в обрывок бороды.

Кто хоть раз взлетал вместе с космическим кораблем, уцепившись снаружи за клочок какой-то ерунды, тот уже никогда не сможет никому рассказать, как это трудно, опасно и несовместимо с жизнью. Наверно поэтому Роман о таких трюках ничего не слышал, все это стало для него неприятной новостью.

Однако, во-первых, у Романа, как гражданина Луны, при себе был неплохой нано-скафандр. Хоть он и был довольно старой модели (примерно десятилетней давности), но как раз это и спасало: ведь в те годы еще нано-скафандры делали на совесть — не то, что нынешняя штамповка, которая расползается по швам уже через пять минут пребывания в настоящем вакууме. Нет, у Романа был старенький, но добротный скафандр, невидимая нано-ткань которого неплохо защищала человеческое тело одновременно от ветра, огня, вакуума, холода, перегрузок и нехватки кислорода. Но главное — у Романа сейчас была непоколебимая уверенность в своей правоте. Сконцентрированная Сила Воли, выражаясь в терминологии космического кунфу. Это, конечно, была не настолько мощная сила, что в состоянии легко остановить яхту Блэкмора и швырнуть ее обратно в ангар. Но удержаться на обшивке взлетающего фюзеляжа она Роману помогла.

Увидев сквозь стекло люка, что Роман никуда не исчез, Блэкмор так удивился, что выпустил из ног рукоять управления, и яхта пошла юзом по космосу.

— А ну, кыш отсюда! — заорал Блэкмор и поколотил в стекло кулачком.

Снаружи его крик был не слышен, но по артикуляции Роман догадался, что тот имеет в виду, и сурово погрозил ему кулаком. К сожалению, ничего более серьезного Роман сделать не мог, болтаясь снаружи на куске защемленной бороды.

На миг Роману показалась безнадежной вся затея: Блэкмор, хоть и прижатый носом к стеклу, как-никак находился в комфортабельной кабине собственной яхты. А Роман хорошо понимал, что лишь чудом пока держится снаружи и не отвалился в пространство. В любом случае ресурс скафандра его был не бесконечен. А помощи ждать неоткуда: Википед заперт в ангаре. От этих тоскливых мыслей Сила Воли дала слабину: тут же со всех сторон навалился космический холод, а горло начало сдавливаться от кислородного удушья.

Но Роман быстро взял себя в руки, напряг Силу Воли и попытался передвинуть на расстоянии что-нибудь на пульте Блэкмора. Двигал предметы он пока плохо, и напряжение понадобилось невероятное. Но как Роман ни напрягался, в итоге ему удалось включить лишь самый неприметный тумблер. К сожалению, это оказался тумблер дворников иллюминатора — откуда ни возьмись пред лицом Романа появилась щетка и принялась суетливо протирать окошко люка: вверх-вниз, вверх-вниз. Опускаясь вниз, она всякий раз ударяла Романа по руке, которой тот держался за клочок бороды. Было не больно, но очень обидно. Блэкмор за стеклом даже позеленел от злорадного хохота.