23 - Страница 78

дворника, в старомодной фуфайке, черных брюках с давно пропавшей стрелкой и грязных коричневых туфлях. Рядом с ним стояла и время от времени погавкивала облезлая, под стать своему хозяину, дворняга: тоже большая, злая и вся грязная.

— Или тебя, сучонок, прямо на месте удавить? А? — дворник замахнулся на меня своей громадной ручищей. — Отвечай, падло, что делал тут?

Хоть у меня и был довольно-таки потрепанный и очумелый вид, все же на наркомана я не был похож. И дворник это тоже стал понемногу замечать.

— А одеяло чего сюда притащил? — тон его был все еще хамский, но оскорбления уже не сыпались.

— Одеяло я никуда не тащил, потому как я, в принципе, ничего не таскаю, а ношу. Это раз, — я медленно поднялся и отряхнулся. — Здесь я потому, что меня вчера вечером ограбили я идти мне было некуда, так как я приехал с другого города. Это два. А в милицию я пойду с вами с удовольствием, так как хочется выяснить, как вы охраняете детский сад, если здесь возможны грабежи людей, и почему применяете рукоприкладство наряду с нецензурной лексикой к пострадавшим гражданам. Это три.

Моя тирада с фандоринско-акунинскими «это раз, это два» произвела на дворника просто феноменальное воздействие. Здоровенный детина стоял в полной растерянности и не знал, что ему делать. В результате крайней оказалась дворняга. Не зная, на ком выместить злость, дворник стал орать на собаку.

— А ну пшла! Растявкалась, сволота! — Он пнул дворнягу, и та, завыв, отбежала чуть в сторону, низко опустив голову. Но далеко не убежала, видимо, привыкла к своему дурному хозяину.

— А я подумал, что наркоман забрался в домик, — совсем уже мягко, но все еще растерянно сказал дворник. Похоже, слова о коллективном походе в милицию его смутили.

— Наркоманы такие же члены нашего общества, как и другие граждане страны. Более того, данная категория людей является психологически ущербной и глубоко ранимой субстанцией гражданского организма. Наличие агрессии и оскорбительного поведения к обозначенной группе может вызвать деструктивную реакцию с их стороны. Потому необходимо быть корректным и вежливым ко всем людям на Земле.

Чем дольше я нес весь этот бред, тем больше округлялись глаза у дворника. Похоже, нужно было сворачиваться, иначе этот идиот начнет думать, что я ненормальный. По крайней мере, по выражению его лица было видно, что он вообще ничего не понимает.

Чтобы не выпускать инициативу из своих рук, я продолжил уже более нормально, но все тем же официозно-менторским тоном:

— Я вас попрошу достать мою шкатулку, — так я назвал металлическую коробку, — и реквизитный журнал, — а это уже дневник Обухова, — из домика.

Я смотрел не мигая на дворника до тех пор, пока он не развернулся и не выгреб своей ручищей мои вещи и не отдал их мне. Додуматься, как меня могли ограбить, но при этом оставить «шкатулку», он, видимо, был не в состоянии. А уж о словосочетании «реквизитный журнал», я думаю, он постарался забыть сразу же, его мозг и так работал вот уже несколько минут на износ.

— Уважаемый,Оригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com