23 - Страница 255

сь в еле видимую тоненькую полоску, как будто я не полкилометра прошел, а все двадцать. И как сюда люди подъезжают? Где хоть одна дорога? Самих людей тоже видно не было. В союзные времена недалеко от Г. располагались шахты с межконтинентальными ракетами, по крайней мере, мне это часто любил рассказывать дед, который был строителем на таком объекте. Может, это одно из этих мест? В любом случае, не самое лучшее место, где можно спрятаться от Анилегны до наступления Пасхи.

Я подошел уже вплотную к домам. У меня сжалось сердце. На торце ближайшего дома красной краской было написано — «Караганда 1982». Боже, это мой гарнизон! Именно эта надпись была на доме, в котором я жил с 1984-го по 1991 год и которую оставили военные строители из Казахстана. Впрочем, этого просто не могло быть хотя бы потому, что хабаровский гарнизон находится от городка Г. на расстоянии одиннадцати тысяч километров, а поэтому это такой же нонсенс, как и то, что моя мама умерла в 1969 году. Я тут же успокоил себя тем, что в таком случае справа от меня сейчас должен течь огромный Амур, а с трех других сторон располагаться бескрайняя тайга. Вместо тайги же был бескрайний черный пустырь, весь набухший от воды, а вместо Амура — все тот же пустырь, постепенно превращающийся в непролазное болото.

Из открытого подъезда дома выскочил кот и побежал в сторону школы.

— Тишка!

Я узнал в нем своего кота (черно-белый замысловатый раскрас было не перепутать!), который бесследно пропал еще в гарнизоне (я тогда убивался несколько недель, и мама принесла мне нового котенка, правда уже кошку — Катю). Кот остановился и, повернув на мгновение голову ко мне, снова побежал в сторону школы. Но этого мгновения мне хватило, чтобы прийти в ужас: у кота были выколоты оба глаза! Как у женщины в красном платье! Но, кроме выколотых глаз, я еще заметил шрам на носу кота. Когда-то отчим ударил Тишку сапогом и оставил резаный шрам на его морде.

Я остановился перед зияющей чернотой подъезда, из которого только что выскочил кот. Дождь не прекращался, а я все боялся сделать первый шаг по направлению к подъезду. Именно здесь я жил в восьмидесятые. На втором этаже. За первой дверью должна быть вторая, чтобы зимой сохранялось тепло. В холле слева — почтовые ящики. Затем маленький пролет направо, и сразу же первый этаж. На каждой площадке тоже дверь в коридор, за которой уже следуют квартиры. По четыре на каждом этаже. Лестничные стены синего цвета, коридорные двери зеленого. Я живу на втором этаже. Квартира номер 8. По крайней мере, так было в хабаровском гарнизоне. Я направился к подъезду.

Зайдя в темноту, я вытянул руку вперед, ожидая нащупать ручку (деревянная, должна быть чуть ниже) , и действительно нащупал ее, правда, она оказалась значительно ниже привычного (ну да, ее специально перенес солдат так низко, чтобы я мог открывать сам дверь, а затем так и оставили). Потянув ее на себя и увидев, что дверь не поддалась, я тут же вспомнил, что на Дальнем Востоке двери открываются внутрь, чтобы лучше сохранялосьОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com