1000 и 1 ночь или Как сохранить любовь (СИ) - Страница 62

— И чем же мы там займёмся? — решил всё-таки уточнить Генрих, внутренне уже согласный на поездку, но решивший перестраховаться.

— На месте узнаешь. А то будет не интересно, — томно проговорил в трубку Денис, разбивая последние сомнения немца.

— Хорошо! Мне нужно еще привести себя в порядок и позавтракать, через тридцать-сорок минут буду в холле гостиницы, — ответил Генрих, стараясь унять разбушевавшуюся фантазию. Похоже, чёрная полоса закончилась и сегодня его ждёт заслуженная награда.

— Насчёт завтрака не стоит тратить время, я всё возьму с собой. Лучше поторопись, — послышалось в трубке. — Я уже жду в холле.

— Ладно, через десять минут спущусь, — легко согласился немец, удивляясь не столько поспешности, сколько нетипичному пренебрежению к еде.

«Попался! Наверное, за прошедшие сутки Денис всё обдумал и понял, что запал на меня, вот теперь и очаровывает. Уж сегодня-то секс мне обеспечен», — самодовольно подумал Генрих, отправляясь в ванную, чтобы совершить утренние процедуры и придать лоск своей потрёпанной физиономии. Нелепый сон вылетел из головы, в душе поселилась счастливая безмятежность и предвкушение чего-то чудесного.

Денис, одетый в штаны и футболку цвета хаки уже ждал его в холле, опасливо поглядывая по сторонам, как будто ждал внезапного нападения. Ему бы ещё винтовку в руки и вылитый спецназовец на задании. Увидев Генриха, он быстро рванул с места на ходу тарахтя:

— Пошли быстрей, а то опоздаем. Времени тык впритык. В машине есть несколько бутербродов с сыром и термос с чаем, перекусишь.

Куда они так спешат немец не понял, но вот улыбки, испускаемые радостным гидом, внушали оптимизм и заставляли забыть о всех подозрениях.

До стоянки они добрались в две минуту, и здесь Генрих с ужасом разглядел автомобиль, в котором ему предстояло провести время поездки.

— Это… это же машина Влада, — только и смог вымолвить он, рассматривая старенькую копейку и вспоминая вчерашние мучения.

— Вообще-то она наша общая, — с вызовом ответил Денис, — дедушка её нам обоим оставил, чтоб там мой братец не говорил. Жадина он, вечно всё себе захапать хочет. Представляешь, даже в детстве все игрушки себе сгребал.

— Может, есть дугой транспорт, или возьмём такси? — спросил Генрих, боясь последствий от длительной поездки на этом чуде русского автопрома.

— Такси слишком дорого выйдет, да и ждать его долго придётся. Нормально доедем, мне не впервой, — отмахнулся от его переживания Денис. Он чуть приобнял своего подопечного за плечи и принялся подталкивать к пассажирской двери.

— Ладно, поехали! — решился Генрих и обречённо махнул рукой. Выдержал он вчера полчаса, выдержит и сегодня, зато потом отыграется по полной.

Через минуту машина с громким выхлопом рванула с места оставив после себя облако чёрного, вонючего дыма. Поездка началась.

В руки Генриху тут же был сунут завёрнутый в целлофан бутерброд и небольшой термос. Ещё один такой же бутерброд оказался в свободной руке Дениса.

— Ешь, сам готовил, старался для тебя, — пробубнил гид с набитым ртом, шумно работая челюстями. Руль он удерживал левой рукой, заправски лавируя в переплетении городских улиц. — По дороге остановимся на заправку, оприходуем что-нибудь посущественнее, а пока заморить червячка сгодится.

Генрих голоден не был, но, вспоминая вчерашний день, решил не отказываться от угощения. Тем более не хотелось обижать парня своим пренебрежением, ещё обидится.

Только поглотив всё, он понял, какую большую ошибку совершил. Ход машины плавным не назовёшь, Генриха укачивало, в животе бурлило, и вся поглощённая еда настойчиво просилась наружу, причём обоими возможными путями одновременно. Машина тем временем покинула город, пронеслась через пригороды и теперь дребезжа и подскакивая на ухабах неслась по трассе, если конечно так можно было назвать дорогу, изрытую колдобинами величиной с сам автомобиль.

— Нужен туалет, — выдавил из себя позеленевший Генрих, боясь лишний раз открыть рот.

— Через полтора часа будет заправка и станция техобслуживания, там и туалет и позавтракаем нормально, — жизнерадостно отозвался гид, насвистывая себе что-то под нос.

— Ближе нет? — с ужасом спросил немец, понимая, что столько он терпеть не в состоянии.

— Не-е, у нас с этим туго, — жизнерадостно отозвался Денис. — Если тебе отлить, то можно остановиться на обочине.

Генрих с сомнением посмотрел в окно. Вокруг расстилались бескрайние степи, без единого дерева или сколько-нибудь густых кустов. Удовлетворять же свои потребности на открытом пространстве он был не готов. Тем более его нужда была отнюдь не маленькой.

— Потерплю, — только и смог вымолвить немец, мысленно проклиная всё вокруг.

Сейчас и излишняя жизнерадостность гида, и отличная солнечная погода, и умопомрачительные перспективы на вечер отошли на второй план и вызывали только раздражение. Приходилось находиться в полной концентрации, чтобы удерживать свой разбушевавшийся организм в нормальном состоянии. Будь на его месте русский, он бы не стал сдерживаться, а демонстративно вышел в чистое поле и сделал все свои дела, немало не заботясь о проносящихся мимо зрителях. Но Генрих-то был немец, а потому внешне старался сохранять пристойность и некоторую чопорность, присущую этой нации.

Только мысль о том, что он представитель великой Германии, заставляла Генриха быть стойким и позволила дотерпеть эти полтора часа. Когда вдали показалась автозаправка с небольшим кафе, счастью его не было предела.

— Сейчас позавтракаем нормально, — счастливо размечтался Денис, предвкушая обильную трапезу. — Тут у них отличный шашлык готовят. Такого ты точно нигде не ел. Осилишь две порции?

При упоминании о еде Генриху чуть не стало плохо. Сама мысль о том, чтобы впихнуть что-либо внутрь, казалась ожившим кошмаром. Он шумно выдохнул и поспешно ответил:

— Нет, я есть не хочу! Ты уж без меня. Я пока прогуляюсь в окрестностях.

— Ты не пойдёшь со мной завтракать? — лицо Дениса сделалось таким жалостливо-слезливым, что Генрих почувствовал себя последней сволочью. Правда, эту перемену в настроении гида он тут же списал на опасения по поводу возможной оплаты.

— Нет, не пойду, — быстро ответил он, — но ты ни в чём себе не отказывай. Всё за мой счёт. Сколько тебе дать?

— Давай пять, должно хватить, — улыбка вновь вернулась на лицо парня.

Генрих очень сомневался, что самый плотный завтрак в этой «деревне» будет стоить пять тысяч рублей, но спорить не стал, лишь мысленно выругался прожорливости Дениса и полез в кошелёк, отсчитывая купюры со славным городом Ярославлем. Уж лучше бы злобный итальяшка его туда послал, а не в этот чёртов Гомск.

Стоило им остановиться, немец тут же рванул в направлении туалета, предоставив гиду самостоятельно разбираться со своими гастрономическими изысками, шашлыками и прочим. Его главной задачей сейчас было — успеть!

Добежать-то он добежал, и даже вовремя, но очутившись в грязном, обильно загаженном помещении, которое за километр ощущалось по запаху, Генрих подумал, что поле все же было не худшим вариантом. Теперь же выбирать не приходилось — что есть, то есть.

Зато в этом гадком, ужасном месте Генрих испытал подлинное, ни с чем несравнимое счастье! По мере того как очищался его кишечник наступал общий подъем сил и прилив энергии. В голове вновь начали роиться желания и великие планы на ближайший вечер. Он мысленно уже раскладывал Дениса прямо на капоте старенькой копейки, считая это чуть ли не собственной местью машине за все понесённые мучения.

Полёт фантазии был прерван звонком. На экране смартфона высветилась надпись: «Денис-гид-Гомск». Что ему ещё понадобилось, вроде только расстались? Или пяти тысяч мало стало, вот и звонит? Генрих поспешно взял трубку.

— Привет, это Денис, твой гид, — раздался звонкий голос из трубки. — Ты скоро? Я уже устал ждать.

— Сейчас подойду, — поспешно ответил Генрих, сверяясь с часами. — Ты где именно?

Прошло всего пять минут с того времени как они расстались. Неужели уже поел? Странно.