Книги / / Душистая симфония жизни / Страница 1

Душистая симфония жизни



Написать рецензию
Добавить сюжет

Нашли опечатку?
Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Моя жена долго искала в продаже французские духи "Шанель № 5", но не нашла их и купила духи отечественные. Я вгляделся в марку на флаконе, прочел название фирмы:

- "Новая заря"! Поздравляю. Вполне возможно, эти духи ничуть не хуже французских.

- Разве? - удивилась жена.

Я показал ей снимки двух бюстов, мужского и женского, работы скульптора Анны Семеновны Голубкиной, что ныне выставлены для обозрения в Третьяковской галерее.

- Ты ничего не знаешь об этих людях?

- Нет.

- Между тем они оба имеют прямое отношение к тем духам, которые ты купила. Очевидно, мне придется рассказать тебе одну историю. Вернее историю одной жизни.

Старый парижский мыловар Атанас Брокар имел на улице Шайо крохотную лавчонку, где торговал помадой для волос и туалетным мылом. Было лето 1859 года, когда, задумчиво раскурив трубку, он пожелал говорить с сыном Генрихом:

- Из Ландревилля пишут, что скончался твой дед, почти сто лет жизни вдыхавший винные пары Бургундии и Шампани. Тебе, мой сын, всего двадцать, а ты уже нанюхался всякой дряни, из которой мы извлекаем ароматы... Слушай! сказал отец. - Париж давно испорчен такими благовониями, которые лучше бы называть вонью. Помнишь, как мы пустили в котел для варки мыла свежий конский навоз и выручили с этого дерьма немало. Ты неплохой химик, а из Москвы приехал парфюмер Гика, ищущий ученого лаборанта. Благословляю тебя. Поезжай.

- С чего лучше начинать мне, отец?

- Начни с мыла. В этом поганом мире еще не все люди благоухают цветами, зато каждый бродяга хоть раз в жизни должен помыться с мылом, чтобы не выглядеть свиньей...

Константин Гика спросил молодого Брокара:

- Как величать вас в Москве?

- Меня зовут Генрихом, я сын Атанаса.

- Значит, в Москве станете Генрихом Афанасьевичем...

Москва встретила француза сугробами, окриками "лихачей", трубными возгласами военного оркестра, игравшего возле дома генерал-губернатора. Молодой человек был сообразительным и, работая лаборантом, присматривался, что может дать ему Россия и что он способен дать России. Его даже обрадовало, когда он узнал, что крестьяне в деревнях считают кусок мыла "барской прихотью", хотя множество бань в Москве и провинции убеждали Брокара в давней чистоплотности русского простонародья. Гика никак не мог заполнить мылом пустующий рынок России, но в Москве уже набирала мощь парфюмерная фирма Альфонса Ралле.

Генрих Афанасьевич еще не овладел русским языком и потому охотно навещал вечерами магазин хирургических инструментов на Никитской улице, который содержал бельгиец Томас Равэ; с ним можно было отвести душу в болтовне на французском...

Равэ долго жил гувернером в провинции, имел похвальные аттестаты от господ Щетинина, Тютчева и Кашпиревых. Но однажды в магазине Равэ послышался с лестницы шелест женского платья, и приятный девичий голос спросил:

- Папа, почему у нас так пахнет цветами?

- Иди сюда, моя прелесть, - велел Равэ, - ароматы принес мсье Брокар, занятый в парфюмерии... Это моя дочь Шарлотта, »

 | страница 1 | следующая страница »


Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10

Нашли опечатку? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter