Мальчики с бантиками - Страница 92

ичникам и тем, кто успешно сдал экзамены. В боцманском взводе был особо выделен Мишка Здыбнев, а среди радистов Савка расслышал имя своего друга - Мазгута Назыпова. По классу рулевых благодарили очень многих, в том числе назвали Колю Поскочина и Савку, - очевидно, тройку его сочли за случайный огрех.

- А каникулы будут? - спросил кто-то, наивничая.

- Каникул на войне не бывает, - отвечал Аграмов. - В нынешнем же году вы должны стоять боевую вахту на действующих флотах. До наступления призывного возраста вы все останетесь в звании юнги. С восемнадцати станете кадровыми матросами. Дальнейшая ваша судьба зависит от вас самих. Но я свято верю, - закончил начальник Школы, - что среди вас многие достигнут высокого звания адмирала.

В морозном воздухе зычно разносились голоса ротных офицеров. Черные роты на белом снегу разворачивались и расходились.

Флот - могучий и сложный организм, лязгающий броней, ревущий бурями воздуходувок, весь в пении турбин и в пальбе дизельных клапанов, флот насыщенный жесткими регламентами вахт, визирующий беглое скольжение противника на четких линзах оптических датчиков, - этот волшебный флот уже приближался к ним!

Эпилог третий (Написан Саввой Яковлевичем Огурцовым)

Осенью сорок четвертого года я на центральной улице Мурманска нарвался на патруль, стал с ним спорить и комендант города отправил меня на пять суток в гарнизонную гауптвахту. Эсминец наш тогда стоял в доке, и это меня малость утешало.

Не успел я отсидеть и суток, как утром меня вызвали из камеры. Смотрю - в коридоре похаживает штурман.

- Завтракал?

- Да какой тут завтрак... - отвечаю ему.

Вижу, конвойный несет мне ремень, тащит шнурки от ботинок, отобранные у меня при аресте, чтобы я не повесился. Чувствую, что меня сейчас выпустят. Штурман сказал на улице:

- Звонили с кораблей "плохой погоды". Им срочно нужен штурманский электрик, а своего они отправили с караваном в Исландию. Шагай в Росту там тебя ждут...

Есть! По шпалам, прыгая через рельсы, я добрался до Росты; возле причала, вижу, тихо подымливает сторожевик. Снег на его палубе - кашей, значит, машины уже на подогреве. Корабли "плохой погоды" назывались так потому, что их имена ничего доброго морякам не сулили: "Ураган", "Мгла", "Тайфун", "Смерч", "Вихрь" и прочие прелести. Штурман на сторожевике совсем молодой парень. Потому, наверное, и не стал удивляться, что ему прислали мальчишку. Был он деловито краток и очень вежлив со мною:

- У нас всего три часа до съемки со швартов. Идем в Мотку на обстрел противника. Надо срочно запускать "шарик".

Я понял: за три часа гирокомпас только отыщет истинный меридиан, но его затухающие колебания в поисках норда закончатся, когда сторожевик из Кольского залива уже будет выходить в океан. Медлить нельзя! Надо запускать сразу.

- Завтракал? Ну, пообедаешь после команды. - Штурман вручил мне ключи от гиропоста, как бы вверяя с этим ключом и судьбу корабля: от меня теперь зависело многое - курс, верность огня и даже расход