Совесть вне памяти

А-a! - заорала девушка, вскинув ко рту скрюченные пальцы. Толпа, набившаяся в вагон метро, заинтересованно качнулась, придвинув Сашу к девушке, и та перешла на визг. - Помогите! Убивают!

Глаза ее, впившиеся в Сашино лицо, округлились от ужаса, расширились зрачки, она вжалась в плотно закрытую дверь и не переставая орала:

- Не-ет! Нет! Не надо! Помогите! Убивают!

Чьи-то сильные руки цепко сжали Сашины локти и свели их вместе. Еще кто-то схватил за правую кисть.

- Я держу мерзавца! - решительно гаркнул густой бас, - Никуда не Денется!

- Куда его?

- В милицию бы меня надо, - логично предложил Саша, - там разберутся.

Его спокойствие не означало безмерной храбрости и хладнокровия. Просто для того, чтобы вывести Борисова Александра из себя, нужно было затратить намного больше времени и энергии - флегматичность его вошла на Адмиралтейском заводе в поговорку. Из уст в уста передавалась история о том, как при окраске стапеля рядом с ним рухнула сорвавшаяся с крана полутонная двутавровая балка. Подняв голову, и убедившись; что больше сверху ничего не висит, Борисов молча встал на балку и продолжил работу. Внезапное и беспочвенное обвинение в убийстве произвело на него не больше впечатления, чем упавшая почти на голову стальная чушка. Доказывать невиновность криком Саша счел занятием бесполезным, долгим и нудным. Гораздо проще дойти до поста правопорядка, где во всем быстро разберутся. В тупость и жестокость милиционеров Саша Борисов предпочитал не верить.

- Тут на платформе комната милиции должна быть, - сообщил "группе захвата" Саша. - Жертву желательно прихватить тоже. И сумку мою не очень давите, там пакеты с молоком.

Поезд затормозил.

"Садовая, - безразлично сообщил динамик, - следующая станция. Невский проспект..."

- Пошли, чего ждем-то? - потянулся к выходу Борисов.

- Смотри, не дай бог деру дать захочешь... - предупредил мужчина, и отпустил Сашины локти.

- Только "жертву" не забудьте, - попросил Борисов и повел всех вдоль платформы.

Пункт охраны правопорядка в начале платформы представлял из себя комнату метров двадцати, оборудованную столом и двумя книжными шкафами. Там, отгородившись от любопытных глаз светло-зелеными занавесками, несла службу затянутая в форму сержанта женщина лет тридцати, с гладко зачесанными и собранными на затылке в хвостик волосами.

- Вот, убийцу поймали! - гордо сообщил выступивший вперед толстячок с отчаянно-рыжими усами.

- Девицу грохнуть хотел, - густой бас принадлежал высокому, лысому, небритому мужику в потертых джинсах и легкой куртке.

Сержантиха растерянно переводила взгляд с одного на другого, то ли не понимая кто убийца, то ли не представляя, что теперь с убийцей делать.

- Вы забыли сказать, чем, - заметил Саша.

- Что чем? - посмотрела на него сержант.

- Ну там, зарезать я ее хотел, застрелить, подорвать гранатой, забить цепью от бензопилы "Дружба"? - Борисов подошел к столу и принялся выворачивать карманы. Самым страшным предметом оказался