Шолом Алейхем!

Просмотров: 54
Изменить размер шрифта:
(Диалог)

- Шолом алейхем![1]

- Алейхем шалом![2]

- Откуда едете?

- Из Варшавы.

- Чем занимаетесь?

- Я - еврейская газета.

- Как вас звать?

- "Юдишес фолкс-цайтунг". А вы, откуда вы?

- Откуда мне быть? Из Егупца. - Чем вы занимаетесь?

- Чем мне заниматься? Я - еврейский писатель. - Как вас звать?

- Шолом-Алейхем.

- Шолом-Алейхем? Жить вам, значит, миром и ладом!

- Того же вам и вашим чадам!

- Что же вы поделываете, пане Шолом-Алейхем?

- Что же нам поделывать? Пишем.

- Что пишем?

- Что нам писать? Что видим, про то и пишем.

- Что же дают вам писания, которые вы пишете!

- Что они могут дать? Горести, колики, слезы, обиды, муки, страдания, тревоги...

- И это все?

- Чего вы еще хотите?

- Я имею в виду...

- Почет? Без меры, без счета! Ни один писатель в мире не имеет столько почета, как еврейский сочинитель. Шутка ли, у евреев писатель, человек, который пишет!

- Вы это всерьез?

- А то что же? Шучу, что ли? Посмотрите-ка сами, что творится на наших юбилеях. Наилучшие пожелания от почитателей, от горячих поклонников и просто от усердных читателей летят со всех концов света, - из Касриловки, из Тунеядовки, из Тетеревца, из Затрапезовки, из Галаганишка, из Стрища, отовсюду! А корреспонденции, которые сам юбиляр печатает в газетах?! А пиршества, банкеты, тосты?! Море разливанное! А стипендии, а пожертвования, которые вносятся в это время на благо трудящихся земли обетованной!.. Вы шутки шутите, - какой почет оказывают еврейскому сочинителю?

- Нет, я не о том; я имею в виду...

- Заработок? Полон рот! Только бы хватило свободного времени вдобавок к тому быть еще и меламедом, лавочником, маклером, сватом или просто человеком, не отказывающимся от подаяний, способным ходить по домам и собирать деньги на издание своей книги. Вы шутки шутите с еврейским сочинителем? Еврейский сочинитель - свободный человек!

- Что значит свободный человек?

- Он свободен от всех благ и на этом и на том свете; он свободен от куска хлеба, от здоровья, от друзей, от жены и детей, от всех радостей жизни...

- Мне кажется, пане Шолом-Алейхем, что тут в вас уже говорит желчь, вы даже залезаете в дебри нетерпимости. ...Нехорошо это. Не к лицу еврейскому писателю, который пишет для народа, так обрушиваться на евреев. Еврей обязан все в жизни принимать с любовью и три раза в день произносить...

- "Все к лучшему"?

- Конечно! Все к лучшему! А что было бы, если бы вы и того не имели? Какой вид мы имели бы среди народов, если бы сбросили с себя наш единственный кафтан? Разве есть у нас, кроме нашей литературы, иная одежда, чтобы покрасоваться в ней перед миром?

- Быть может, вы и правы.

- Как это "быть может"? Наверняка! Но давайте поговорим о чем-нибудь более веселом.

- О поминках?

- Не то. У меня к вам...

- Просьба? Пропечатать кого-нибудь в газетах?

- Боже сохрани! У меня к вам небольшое дело.

- По части сватовства?

- Нет... А впрочем,