Контратака

Но - беда, если встретишь
В предутренний час
Вместо Снарка - Буджума! Тогда
Ты внезапно и плавно исчезнешь из глаз
И назад не придешь никогда.
Л.Кэрролл "Охота на Снарка"

- Опять ничего, - сказал Глынин. - Возвращаемся?

Солнце еще не вышло из-за горизонта, но небо было уже дневное, безоблачное, и вода вдалеке от глиссера светилась ядовитой голубизной. Рядом с глиссером у воды не было никакого цвета, здесь буйствовала пена.

- Куда торопиться? - сказал Анголов. - На берегу еще спят. Впрочем, как хотите.

Глынин повернул руль, и глиссер двинулся новым курсом. Никаких ориентиров в безбрежном просторе не было, даже горизонт сливался с небом, и ощущение поворота сразу исчезло. Анголов положил карабин на опору и выставил руку за борт, в холодные брызги.

- Воздушная подушка, - сказал он. - XXI век. Человек создал прекрасные суда - быстроходные и надежные. Но число морских катастроф в последние годы резко увеличилось.

Анголов посмотрел на Глынина. Тот молчал, глядя вперед сквозь ветровое стекло.

- Причем катастроф ужасных, загадочных, - продолжал Анголов. Современные спасатели успеют куда угодно. Но они напрасно ждут SOS. Свидетелей тоже не остается, в итоге никто ничего не знает. Возьмите "Ривьеру-2".

Глынин молча смотрел вперед, на синее зеркало моря.

- 20 тысяч пассажиров, - продолжал Анголов, не спуская с Глынина глаз. - Не корабль, остров. Пальмовые рощи, искусственные озера. Непотопляемость 100 процентов. Вы читали про испытание расстрелом? Когда торпеды кончились, макет даже не накренился.

Глынин все еще молчал. Анголов продолжал:

- И такая махина пропадает бесследно, не подав сигнал бедствия. Если бы мы жили лет 500 назад, я бы сказал, что виноваты пираты. Причем дьявольски хитрые и удачливые.

Глынин наконец повернул голову.

- Да замолчите же, - сказал он. - Разве вы не понимаете, что на воде нельзя говорить о таких вещах? Рассуждайте об охоте, или о спорте, или о чем угодно. Но смените пластинку.

Сказал и вновь отвернулся.

- Больше не буду, - засмеялся Анголов. - Я не знал, что вы суеверны.

Он похлопал ладонью по полированному прикладу.

- Мы, вы, - сказал Глынин. - Вооружены, суеверны. Но я никак не пойму пессимист вы или оптимист? Ваш тон никогда не соответствует теме, которую вы выбираете.

- Я оптимист по форме, но пессимист по содержанию, - усмехнулся Анголов. - Вы читали "Вторжение изнутри"? Каждый вид занимает определенную экологическую нишу. Равновесие - плод эпох эволюции. Человек своей деятельностью нарушает равновесие, уничтожает другие виды, освобождает соответствующие ниши. Это дорога к гибели, утверждают авторы.

- Человек, - повторил Глынин. - Охотники вроде вас, только с настоящими пулями.

- Почему же только охотники? - усмехнулся Анголов. - Многие к этому причастны. Охотник стреляет не сам, его заставляют. Но хуже всего-бесконечное чередование запретов и разрешений. Хаос запутывает противника.

- Кого?

- Природу, - объяснил Анголов. - Разве