Ещё мама

- А я, когда вырасту, я в школу ходить не буду! - сказал Артем своей матери, Евдокии Алексеевне. - Правда, мама?

- Правда, правда, - ответила мать. - Чего тебе ходить!

- Чего мне ходить? Ничего! А то я пойду, а ты заскучаешь по мне. Не надо лучше!

- Не надо, - сказала мать, - не надо!

А когда прошло лето и стало Артему семь лет от роду, Евдокия Алексеевна взяла сына за руку и повела его в школу. Артем хотел было уйти от матери, да не мог вынуть свою руку из ее руки; рука у матери теперь была твердая, а прежде была мягкая.

- Ну что ж! - сказал Артем. - Зато я домой скоро приду! Правда, скоро?

- Скоро, скоро, - ответила мать. - Поучишься чуть-чуть и домой пойдешь.

- Я чуть-чуть, - соглашался Артем. - А ты по мне дома не скучай!

- Не буду, сынок, я не буду скучать.

- Нет, ты немножко скучай, - сказал Артем. - Так лучше тебе будет, а то что! А игрушки из угла убирать не надо: я приду и сразу буду играть, я бегом домой прибегу.

- А я тебя ждать буду, - сказала мать, - я тебе оладьев нынче испеку.

- Ты будешь ждать меня? - обрадовался Артем. - Тебе ждать не дождаться! Эх, горе тебе! А ты не плачь по мне, ты не бойся и не умри смотри, а меня дожидайся!

- Да уж ладно! - засмеялась мать Артема. -Уж дождусь тебя, милый мой, авось не помру!

- Ты дыши и терпи, тогда не помрешь, - сказал Артем. - Гляди, как я дышу, так и ты.

Мать вздохнула, остановилась и показала сыну вдаль. Там, в конце улицы, стояла новая большая рубленая школа - ее целое лето строили, - а за школой начинался темный лиственный лес. До школы отсюда еще было далеко, до нее протянулся долгий порядок домов - дворов десять или одиннадцать.

- А теперь ступай один, - сказала мать. - Привыкай один ходить. Школу-то видишь?

- А то будто! Вон она!

- Ну иди, иди, Артемушка, иди один. Учительницу там слушайся, она тебе вместо меня будет.

Артем задумался.

- Нету, она за тебя не будет, - тихо произнес Артем, - она чужая.

- Привыкнешь, Аполлинария Николаевна тебе как родная будет. Ну, иди!

Мать поцеловала Артема в лоб, и он пошел далее один.

Отошедши далеко, он оглянулся на мать. Мать стояла на месте и смотрела на него. Артему хотелось заплакать по матери и вернуться к ней, но он опять пошел вперед, чтобы мать не обиделась на него. А матери тоже хотелось догнать Артема, взять его за руку и вернуться с ним домой, но она только вздохнула и пошла домой одна.

Вскоре Артем снова обернулся, чтобы поглядеть на мать, однако ее уже не было видно.

И пошел он опять один и заплакал. Тут гусак вытянул шею из-за изгороди, крякнул и защемил клювом штанину у Артема, а заодно захватил и живую кожу на его ноге. Артем рванулся прочь и спасся от гусака. "Это страшные дикие птицы, - решил Артем, - они живут вместе с орлами".

На другом дворе были открыты ворота. Артем увидел лохматое животное с приставшими к нему репьями, животное стояло к Артему хвостом, но все равно оно было сердитое и видело его.

"Ктой-то это? - подумал Артем.